***

Смеркалось. Ввысь печальный взор,
Где над трамвайными путями
Деревья черными ветвями
Плели причудливый узор.

Лил дождь холодный и солёный,
Как метроном моей судьбы,
Читал названия картин,
Картин до боли мне знакомых.

Фонарь, как раненное сердце,
На землю лил пурпурный свет.
Я шел за гулким ветром вслед,
Рождая в ночь банальность терций.

Да, я люблю! Но что с того?
Всё, что могу теперь я видеть –
Упреки, глупые обиды –
Страна, в которой я чужой.

Прочь! Без оглядки, без сомненья,
Забыв про стыд, про страх и боль.
Уж лучше быть самим собой,
Чем быть в плену у вдохновенья…

Светало. Город мирно спал,
Отпев свои шальные песни.
Но тишь была такою тесной,
И зря я в ней искал покой.

Восторги и озноб тревог,
Альтернатива направлений –
Схожденья или сожаленья –
На перекрестке двух дорог.

Не лги! Не нужно этой лести.
Ты – королева, ну а я –
Усталый путник, глуп и пьян.
И нам не быть с тобою вместе.