Давно я не писал строки эти,

Давно я не писал строки эти,
Так соскучился по ним, этим, виним этим.
Как дилер раздает влево, вправо, граммы,
Так и жизнь, распоряжается пощечинами, нами,
в виде, персонажей, слезоточивой драмы.
Холоднокровный пол? Значит, значит бетон!
Замурованы в блоках — словно птицы, в клетках,
скованы у парты, за знанием. Из страницы рвем страницы,
запускаем самолеты. И густым туманом ранним,
один и тот же вопрос: стой, кто идет?
Мой Бог, ты пес, а мы лишь кость, а не: твоя плоть!
О Ангел! Где ты? Ранее раненым крылом
стучавшийся ночлегам в моих окон!
Люблю зиму, за то что могу, украсить шею
шарфом — а не петлею! Уроды иконы,
и кресты, не помогут мне, если я — завяз во лжи!
14 февраля без любви, валентинки — их порви,
спасибо за встречу что не было, ведь я уже повесил
плюшевого зайчика что подарком тебе, на люстре
там ему оторвало ушко пропеллером как ты мне:
сердце! Этим, виним этим. Но ты же обещала встречу!
В машине, порванная в двое, в которой, когда дождь
тебя льет дождем, в *** тебе это болит, и то верное, ведь
она же, не новое!  Поджечь всё, и уйти, всё мрачно
надоело уже! И время без времени, и имя без имени!
Что! Что с тобой! Ты все реже появляешься домой!
Болен? Волнуются друзья! А ты волнуешься об этой жизни
где даже зря что-то значит, и прожить эту жизнь в зря
не хочется! Усталым, в душ, а жена твоя, спеша, глазами
к водомеру, ели дыша, считая вода, сколько платить
за теплую воду! И это, и это значит что ты живешь
в Молдавии, то скверное, то правда что глаза колит
что карманы жмет...