Зачем я покинула милые улицы детства

Зачем я покинула
милые улицы детства,
спокойные глуби реки
охраняющей город,
дворов огрубелых одежку
не в лад и не впору,
медвежию шкуру с когтями,
два стульчика венских,
за право борьбы
на глубоком, стремительном месте,
где верных товарищей
замерли вещие песни
под звон погребальный
скрестившихся намертво сабель,   
где выбыть вчистую
возможно едва ли,
на деле - взлетели, позвали
и навзничь упали.
Тот окрик живой,
пролетая, находит и жалит,
исполненный силы, отваги,
посмертной печали,
поэтому реку мою, расходясь,
расплескали,
живую водицу,
желая назад возвратиться.
Чего ж мне поделать
с таким невесомым наследством?
Та легкость сквозная,
хранящая скулы, ресницы.
Раскольничьим бунтом
не смеет никто поживиться,
сколь не было б лестно.
Но песенок вольное,
тонкое, теплое тельце
глубинные воды
уже понесли, закачали,
поскольку в конце, это так же,
как в самом начале.