Опти-Мистика
Несмотря на закат, доживу до рассвета.
И вороны мне гибелью тщетно грозят.
Тьма развеется в прах торжествующим светом.
Не могу умереть, пока царствует зло,
Не оставлю добро победителю в милость,
Тем кто любит меня не скажу повезло,
Так как больше всего Я люблю справедливость
Понапрасну кружит в вышине вороньё,
Зря торопятся ужинать мною гиены
Клеветы и угроз не пугаясь давно,
Я под нанятый свист не покину арену.
Пред восходом клубится последняя мгла,
Чёрных сил беспросвет пробивается в душу,
Но поклявшись сражаться с адептами Зла,
Я присяги своей до конца не нарушу.
И, как в песне к барьеру ведя подлецов,
Вспоминая Атоса, Бюсси, Ланселота,
Палачу и тирану я плюну в лицо,
Даже если бы кровью пришлось с эшафота
Не надейтесь, что не удержусь в стременах,
Что неврозы и хвори меня одолеют,
Я ещё у сатрапов на похоронах
Под холодным дождём простудиться успею.
Я останусь в веках, встану как монумент
Возле к небу и солнцу ведущих дорог
И, взобравшись грядущий на свой постамент,
Подлецам и убийцам зачту некролог.
10.01.09
Свидетельство о публикации №109011101537
Наступает момент, когда поэт может позволить себя оттенок подобного стихотворения. К счастью ли, нет ли, я такого себе позволить не могу. Когда он возвышается над другими, сам того, возможно, не осознавая. Скажите, страшно ли это? Или как и во всём в поэзии - головой вниз в бездну, но бездна эта райская?
С уважением,
Анна
Анна Ураскова 31.05.2010 21:14 Заявить о нарушении