Мой Яго

Мне предложили отрицательную роль.
И знал ведь наизусть, что будут передряги
И что участия не стоит мой герой.
Я должен был сыграть злодея Яго.

Но на провал спектакль я верно обрекал,
Винили в явно выраженном "эго",
Когда изображал я добряка
И совестливого человека Яго.

"Таких же Яго свет ещё не знал!
Не верю! Он - подлец, по меньшей мере."
И корчились от зависти, язвя,
Актрисы, что любовников имели.

Им доводилось этот плод вкусить.
Кляли себя: "Доверчивая дура!",
Когда их Яго прятались в кусты
(Мужья за это до сих пор их душат).

И режиссер всё чаще звал меня
На разговор. Был разговор коротким:
"Ты знаешь, я могу тебя понять.
Но зал, он не привык к таким трактовкам..."

Я выходил, злорадствовать готов,
Блудить и совращать везде, где можно.
Но мучился я снова от того,
Что по сценарию играет Дездемона.

На репетиции я брал антракт
И вслед за ней бежал в её гримёрку.
Я уговаривал её играть "не так".
Та, слава Богу, шла на уговоры.

Я выходил, кричать о нас готов,
Кричать, что я люблю, везде, где можно.
Но мучился я снова от того,
Что по сценарию играет Дездемона...

Мой Яго тем отличен от других,
Что рвется он к любви сквозь передряги.
"Мой Гамлет" - у Высоцкого стихи.
Почти созвучно, у меня - "Мой Яго".

Мой Яго взялся мир перекроить,
Ломая вековые представления...
Но руки будут всё-таки в крови,
Он чувствует, к исходу представления...

Я отрываюсь взглядом от афиш,
Расклеенных на Театральной в скверике,
Я мимо них иду... И ты звонишь
И говоришь, что есть "немного времени".