Семена дорог
и пыльный шлейф в колониальные подробности…
шорох из песка и неба – иллюзии:
словно шепчутся семена в вывернутом воздухе
…вот ты и вернулся:
Саргассова трясина, духота – дышит пустотой
сетка кровати, продавленная в пыльный космос…
имена дорог еще тянутся в сумрак – лишенные
божественности, бесполезные на сегодня: лежу
на липнущих простынях, голый – вялая улитка
в раковине – засыпан сожалением и памятью,
как не прощенный: не был пойман,
не был расстроен этим путешествием…
Еще соткан маленькими убийствами из смеха
дорожных подружек, отсигналивших в счастье –
вдруг обернувшаяся, обнаруженной пропажей, жизнь…
и тебя утаскивают как падаль с арены, как падаль,
никчемный герой.
…ленивое вино и разговоры, лесбиянки лечатся молоком
за соседним столиком (и сейчас еще скользким…) Небо
не лишено глаз и возможности выйти:
привет, денечки – дичь, которую мы готовим
себе на поминки – очаровательные пьяницы и путаны,
старые клоуны, рассмешившие вшивый заговор, старина.
Наши атоллы и кухни, чуть пряная, пыльная музыка никуда не девшаяся,
и шоколад шагов кажущийся в приближении непоправимого случая,
счастья
…Околдованный собственной ночью и бризом,
неуловим
А еще ты был жемчугом Имени проглоченным мидиями ртов,
золотом ощущений зарывающимся в прах, семенами
дорог:
сахар смешавшийся с песком на наших языках –
мед и песок…
Свидетельство о публикации №108121203033