Необычный подарок

День заслуженно отправился на отдых. Он освещал эти суетливые лица даже тогда, когда они еще спали.

Плач, одинокий, тихий плач девочки резал мой слух. Я не выдержал и спустился к ней. Все ее лицо пылало желанием. Желанием любить…

Девушка хотела тепла,
Она была холодна…

Натыкаясь в очередной раз на свои нечеткие рисунки, Ира хотела их порвать. Но она подчинялась своему чувству. Чувству, принесшему в ее маленький мир толику смысла. Идеей, поглотившей голову девочки и безжалостно ворвавшейся к ней. Она захватила контроль над всем остальным.

- И эту слабость люди называют любовью?- молча подумала она.
- Да…
Девочка от неожиданности вздрогнула и увидела мой силуэт, источавший спокойствие.
- Кто ты?
- Я…
Моя тень выдавала меня и, не успев что-либо ответить, она задумчиво спросила:
- Ты ведь не человек, верно?
Мои опущенные глаза говорили сами за себя. Легкий порыв ветра, игравший со шторами, отправился дальше и пошевелил ее шелковые волосы.
- Ты мой ангел-хранитель?

Люди слишком торопятся с названиями. Сначала, они придумывают имена, затем дают первые характеристики любому объекту, невольно ставшим предметом изучения, и следом, радуясь как дети своей работой, поглощаются другими заботами. Я не стал ее разочаровывать.

- Ангел? Для тебя, да.
Ира смущенно теребила край платья.
- Ты пришел меня спасти?
- Не совсем… Мне просто стало скучно.

Она улыбнулась. Легкие морщинки еще не успели поселится на ее чудесном личике. Рыжие веснушки делали ее еще прекрасней в этом тусклом свете. Русые локоны приобретали оттенок золотого. Загадочным светом разливалась ее комната от многочисленных свечей.
- А мне страшно. Я…Я…
Она заплакала. Слезы еще остались.
Я подлетел к куче тетрадных листов. Оказывается, девчонка была на редкость талантлива. Когда-то я тоже мечтал стать художником. Оживить капельку чуда и увековечить ее на холсте – так мне однажды сказал один смертный об этом искусстве.
Я плохо помню свою людскую жизнь. Постоянная беготня, сухие разговоры, завистливые, прожигающие, безразличные люди. Когда я родился, в моей больничной карте записали, что родился мальчик – человек – дитя разрушения. Или созидания? Никогда раньше не соглашался с идеалистами, хотя в этом что-то есть. Утопия привлекательна только тогда, когда устаешь.

Человек-потребитель. Чужой красоты, яств и прочего. Всего того, что несет хоть какую-то радость. Настолько мгновенную и поверхностную, что человеку хочется еще и еще. При этом он ломает все на своем пути. Их любовь выглядит смешно. Она глупа. Но ее простота помогает людям окончательно не свихнуться. Поэтому я никогда не называл себя человеком, этим гадким словом. Просто боялся им быть – точно таким же как и многие другие… Но моя подруга-судьба постоянно улучала момент убедить меня в обратном. Что ж, так я и жил, пока не встретил ее…

- Ну же, успокойся, - я склонился над девочкой. Скажи, а ты никогда не хотела полетать? Тебя ведь не испугают мои черные крылья?
- Нет, - она как будто ждала этого вопроса. А все ангелы летают?
- Летают только те, кто по-настоящему свободен. Только тот может проститься с землей, кого уже ничего здесь не держит.
- Тогда как я смогу летать? Она начала хмуриться, опустив лицо. Ты злой, ты смеешься надо мной!
- Нет… Злость в этом маленьком личике показалась мне ужасно забавной. Не бойся.
Она доверчиво приподняла глазки ко мне. К огненным пятнам, служивших мне органом зрения еще с самого начала моего путешествия по людским тайнам.
- Сегодня ты полетишь вместе со мной.

Я подошел ближе, еле махая крыльями. Человеческое дитя не могло их видеть до тех пор, пока оно не прикоснется к хранителю. Только я мог выбрать, кому открою тайну в этот раз. Я неспеша взял ее холодненькую, мокрую от волнения руку, и потянул вверх. Она потеряла свой земной вес.

- Какой ты красивый…

Она даже не заметила что взлетела. Ее комната пропала из виду, и ее встретил прохладный, ночной воздух. Ветер наполнял ее легкие чувством радости. В темноте она была сошедшим с дерзкого творения поэта совершенством. Слезы еле бежали по ее щекам, заменив уже оставленную в прошлом грусть. Она светилась от радости.

- Тебе нравится? Я почувствовал рядом себя с ней ребенком, которому подарили игрушку. И не просто игрушку, а ту, что не давала ему покоя и грезила во снах.

А девочка молчала.
Затем она показала мне язык и обиженно прошептала:
- Опять сон!
- А тебе не нравятся сны? Ведь в них ты самая что ни на есть настоящая. Но это не сон. Это реальность. Здесь ты моя спутница. Подожди, у меня кое – что есть для тебя.

Я засунул руку в плащ и извлек мой старый перстень.
- Держи, - одними губами промолвил я.
Она удивленно посмотрела на меня. Как будто я ей показал метеоритный дождь. Я почувствовал чужое, приятное тепло. Потом моя рука опустела…

Я не знаю почему меня привел зов именно к ней. Я хранитель, а не какой-то там ангел, которых так любят придумывать себе люди. А она была… Она рвала на части мою душу, под ее взглядом я таял. Эти чувственные, влажные губы. Бирюзовое сияние ее хрусталиков глаз. Но я не мог влюбиться.

- Что с тобой?

Я даже не заметил как она надела кольцо. Видимо, я слишком долго молчал.

 -Я счастлив, что ты позвала именно меня…
- Позвала?! Ты сам пришел! Она кокетливо улыбнулась. И кто их учит подобным трюкам?
- Мы связаны с людьми, но не выбираем с кем именно.
- Мы? Вас много?
- Мы… Это ваши сказки, мечты, желания…

Тем временем я поднял ее над чуждым мне городом. Ира заворожено наблюдала как движутся разноцветные точки.
- А там живет один мальчишка, который постоянно дразнится!
- Так побей его.
- Ты же ангел? Как ты можешь так говорить? – она взглянула на меня с легким укором.
- А тебе мама не говорила, что ты задаешь слишком много вопросов? Я вогнал ее в краску. Сегодня твоя ночь и я твой.
- А завтра ты придешь?
- Нет.

Она проснулась. Смятое одеяло было на полу. Играл плеер. Ира никак не могла вспомнить, почему не выключила его. Затем, она подумала, что это был очередной сон. Девочка вздохнула и встала.

Утро было прекрасным. Она подошла к окну и отдернула шторы. Любезное утреннее солнышко поприветствовало ее. Ира давно заметила, что на каждое время года у солнце припасен особенный свет.

Левая рука была тяжелее, чем обычно. Девочка испуганно на нее посмотрела. С виду ничего не изменилось, но нет. Там было кольцо. Алый камень с оттенком бирюзы, облаченный в серебряную оправу, напомнил про вчерашнего гостя. На обратной стороне она обнаружила надпись. «Любая тень боится света. Но не человек». Ира крепче сжала кольцо в руке и, счастливая, выбежала из комнаты.

5 декабря 2-00-8 года