Келья

Да здравствует прикосновенье света
К домам, дороге, дали и судьбе,
К открытому окну и комнате поэта,
К востоку прежде, и потом – везде.

В растворе утра растворялись тени.
Изыди, тьма, и обратись в кусте
Из контура осмыслием сирени.
И проявитесь, строчки на листе.

(Им не было заглавья). В беспорядке,
Тесня  друг друга безо всяких мер,
Одни играли явь, другие в «прятки»
Из-под упругих бесконечных черт.

Я с сумерками рад расстаться.
Придут они опять и будут вновь
В пульсирующих венах надуваться,
Колоть мне сердце и густить мне кровь.

И вот итог опроверженья ночи.
Эквивалент трем дням о десяти строках.
Счастливый, с поволокой красноочий,
С квитанцией как будто на руках

Читаю всем, кто любит пятистишья:
Кустам смородины и птице в вышине,
Неплодоносной сохлой вишне
И в паузах меж строчек – тишине.

И всё проходит – праздники не долги.
И клочья лист легко предаст руке.
Бессмысленные мысли топчат ноги,
И ветер их разносит по земле.

Иль жжечь тщету испачканной бумаги.
Расправить крылья и закрыть глаза.
И мчится человек, и мчится ангел
В раскрытые небесные врата.


2002