Мороз, Красный нос

Знать, зимой у нас мороз!
Как чуть что – пропал твой нос!
Не поможет даже шуба –
Можешь в шубе дать ты дуба
(Полагаю, без тулупа
На мороз соваться глупо).
Валенки и рукавицы
Есть у каждой у девицы.
Вот французские колготки –
Лишь у барыни-красотки.
Я же барыню тую
Лишний раз не похвалю.
Не про бар моя поэма –
Мне о них противна тема!

            *  *  *

В домике, в одной деревне,
С печкой, топящейся черне,
Жил однажды крестьянин.
И, хоть верный христьянин,
Но, как редко он молился,
Бог раз взял и рассердился:
Непонятно чем больна
Померла его жена.
С дочкой малою оставшись,
Месяцок поубивавшись,
Принял он решенье трезво
Вдругорядь жениться резво.
И, тем более в страду,
Баба надобна к труду?
Но какое наказанье
Он возьмёт – при всём желанье
Наш старик не мог представить.
А узнав – не смог исправить.

Новая его жена
Злобности была полна,
В мерзостях неутомима,
И на гадости ретива.
Так что в самый краткий срок
Старика скрутила в рог!
Потеряв покой и сон,
Сделался как тряпка он
И жены распоряженья
Исполнял без возраженья.

Впрочем, нам до старика
Дела нет, до дурака.
Дело есть до его дочки –
Про неё все эти строчки.

Настя выросла без ласки
К мачехе своей в опаске.
Что ни сделает – всё худо,
Даже если это чудо.
Но поболее чудес
Доставалось Насте слёз.
Каждый день об целом году
Проливала их как воду.
Но не думайте с опаской –
Не была Настюшка плаксой!
Правду я хочу сказать:
Девочка была на пять!
Чисто золото ребенок –
Лучшая из всех девчонок!
Просто мачехи любовь
Тратилась на родну кровь:
Как имела она дочь,
Копию свою точь-в-точь.

Дочери той описанье,
Даже если в назиданье
(Пусть читатель не осудит)
Приводить излишне будет.
Напишу лишь не в укор,
Что была она на кол,
Но за скверные уловки
Гладили ей по головке,
Говорили: "Ох, хитрушка!
Скушай сладкую ватрушку!"
А что Насте говорили
Мы, подумав, опустили,
Так как брань такую в поре
Прочитать лишь на заборе.
И, к тому же, на уловки
Руки Настеньки неловки,
Уж она к труду привычна,
Будто девушка фабрична.

Так прошло поболе года.
Побелела мать-природа.
Снег валит, мороз крепчает,
Злая мачеха серчает:
"Ах, ты, глупый старый дед!
Знаешь ведь, что толку нет
От девчонки этой гадкой,
Что жалеешь ты украдкой!
Превратил дом в богадельню
С непонятной подлой целью!
Увози отсюда прочь
Эту бесовую дочь!
Да вези её, дурак,
Не к родне, а за овраг,
Чтоб под буйным вихрем снежным
Стал мороз ей другом нежным!"

Затужил старик, заплакал.
Делать нечего, однако.
Посадил на сани Настю
И отправился в ненастье.

Из одежды пиджачок,
Штопаный сто раз бочок;
Из обувки лишь носочки
С дырочкою на дырочке,
А на голове платок –
Бязи старенькой кусок.

Не долга дорога в поле,
Где буран метёт на воле.
Не долга, а в самый раз.
Долог лишь последний час!

Вывез Настеньку отец
Прямо в ледяной дворец,
Где сугробные палаты
Отражают фрейлин фаты,
Белых пажей вереница
Вихрем в воздухе кружится, –
Чудеса со всех сторон,
Как прекрасный дивный сон!
В общем, кто ещё не въехал:
В глухомань старик заехал,
Настю высадил на снег
И назад пустился в бег.
Богу же при том молился
И знаменьями крестился.
Знать, не мог того стерпеть,
Чтоб на дочки смерть глядеть.

Вьюга вьёт, буран метёт,
Настенька чего-то ждёт.
Потихоньку замерзая,
Жизнь от холода теряя,
Вспоминает дом родной,
Голос матери живой,
Лето, речку и покос,
Солнце, белое до слёз,
Танец девушек окрестных,
Точно бабочек прелестных...
Словом, мнится ей всё то,
Перед смертью видят что:
Будто в ледяном дворце
Села Настя на крыльце,
Не успеешь оглянуться,
Двери в сенях распахнутся,
Выйдет кавалеров рать
И начнёт в снежки играть...

Белы тени колыхнулись.
Двери в сенях распахнулись!
Вышла кавалеров рать:
Пажи, фрейлины – всё знать!
Начали играть в снежинки,
Весело меча искринки,
Настеньку подняли тоже
И кричат: "Как ты пригожа!
Не видали мы от века
Здесь живого человека!
Хочешь с нами поиграть?
Только – чур! – не горевать!
Веселимся в эту ночь,
Грусть, тоску, печали прочь!"

Взяли Настю в белый круг,
Где ей каждый – милый друг,
Хоровод всю ночь водили,
В самом деле, грусть забыли.
А как небо посветлело
И зарёю заалело,
Вышел Дедушка Мороз,
По прозванью Красный Нос!
В шубу царскую одетый,
Вышиты на ней кометы,
Валенки и рукавицы –
Точно шили мастерицы!
Посох, как огонь, горит –
Холодом округ разит!
Пригляделся к хороводу
И средь своего народу
Увидал вдруг нашу Настю,
Разрумяную от счастья.

"Вот так дело! Я девиц
Не видал ещё здесь лиц!
Чтоб у моего порога
Веселилась недотрога?!
Ну, держись, крестьянска дочка,
Это будет твоя ночка!"

Рассердился Дед Мороз,
Закрутил снежинок воз
И морозной лютой стужи
На Настюшку бросил дюже!
Затрещали близки ели –
Поседели-побелели.
Но Настюшка веселится,
Знать, мороза не боится!

"Ах, вам мало! Что ж, извольте –
Чай, живём не в Верхней Вольте!
И космический мороз
Для нас даже не вопрос!"

Ветер резко прекратился,
Воздух будто бы сгустился,
А потом аж зазвенел –
Это холод звёзд запел!
В ближнем озере вода
Вымерзла до сама дна.
Что вода! Болотны топи
Превратились в чёрны копи.
Водяной, как в них сидел,
Тотчас и остекленел.

Но Настёнка веселится,
Будто снег сама кружится,
Хоровод вперёд ведёт,
Кавалеров в пляс зовёт!
Кавалеры холостые,
Что снежинки расписные,
Фрейлины ревнуют сильно,
Дедушке поют умильно:
"Добрый Дедушка Мороз!
Настю, видно, чёрт принёс!
Мы весь вечер с нею пляшем,
Только стала девка краше!
Всех отбила кавалеров –
Не было таких примеров!
Подскажи, яви нам милость,
Как её умерить живость?"

"Так, – сказал Мороз, – бывает,
В девке кровь когда играет!
Способ есть один в запасе,
Только он зело опасен,
Потому как испокон
У Морозов есть закон:
Кто оденет нашу шубу
И не даст при этом дубу,
Будет щедро награждён
С неба золотым дождём!"

"Ах, скорей бросай ей шубу! –
Закричали дамы в кругу. –
Нам сейчас уж всё равно,
Сами мёрзнем мы давно!"

Снял Мороз свою одёжу,
Фрейлин брошенных надёжу,
И почти без всяка страха
Кинул Настеньке с размаха.
Настя малость приспоткнулась...
Повернулась, оглянулась...
И с улыбкой робкой-тонкой
Говорит Морозу звонко:
"Шуба добрая у вас,
Для царей, знать, в самый раз!
В тёплой я такой одежде
Не ходила в жизни прежде!
Мне теперь без всяких слёз
Будет люб любой мороз!"

Дедушка оторопел.
Под нос глухо покряхтел.
А потом махнул руками –
Грянул гром за облаками!
Вдруг разверзлись небеси,
И из звёздной их выси
В дар для девушки простой
Дождь полился золотой!..

...А в деревне в это время
Мачехе иное бремя –
Блин за блином на поминки
Жарит-варит без заминки.
Доченьке своей вперёд
Маслом мажет, и та жрёт.
Вместе так напоминались,
Что к ночи не оклемались,
И до самого утра
Ныли жадные нутра.
Утром, только развиднелось,
Жрать изнове захотелось,
Но тут вспомнили о Насте,
Что и хорошо, отчасти,
Так как после похорон
Есть блины велит закон.
Снарядили старика
За мертвячкою. Пока
Печку в доме затопили
И ватрушки замесили.

А собачка под столом:
"Гав, гав, гав, какой облом!
Старикова дочка в злате
Будет жить в большой палате,
А старухиной девахе
Не помогут и три свахи!"

"Цыц, молчи! Возьми ватрушки,
Помни, кто тебе подружки!
Говори, что нашу дочь
Принцы замуж взять не прочь!
А от всяких там Настей
Привезут мешок костей!"

Но собачка ест ватрушку
И заводит вновь дурнушку:
"Гав, гав, гав, какое счастье
Привалило нынче Насте!
Гав, гав, гав, какой облом
Вы получите вдвоём!
Лучше сразу умориться,
Чем увидеть ваши лица!"

Рассердилась тут старуха
И, что было духа,
Закричала на собачку,
Швырнув ей ватрушек пачку:
"Говори, как я велю,
А не то сейчас убью!"
И собачка испугалась,
Под столом притихла малость,
В тишине ватрушки съела...
И внезапно осмелела!
"Гав! Я слышу тихий звон!
И скажу, что значит он!
Так звенят монеты златы –
Едет Настенька до хаты!"

Мачеха лишь только встала,
И с лица как-будто спала;
Пальцами заткнула уши,
Но не стал звон этот глуше.
"Ай, да что это такое?..
Верно, съела я плохое!
Может быть, пожар горит,
И в селе набат звонит?.."

Но свернули во двор сани,
И мать с дочкой видят сами:
Под сверкающим дождём
Едет Настя в отчий дом!
Дождь каков – глядеть не надо:
Сыпятся монеты градом!
Уж полны два сундука,
В третий сыпятся пока!

Растворились дома двери –
Мачеха глазам не верит:
Настя панночкой одета
В шубку с вышитой кометой.
Плотно облегая ножки,
Серебром блестят сапожки,
Ну, а дождик золотой
Так и льёт над головой!

"Ах! – сказала хитра тётка. –
Стало ясно мне пречётко –
Это в поле Дед Мороз
Ей подарочек поднёс!
У него подарков много...
Так что запрягай-ка снова!
Отвезёшь к тому же месту
Мою доченьку прелестну!"

Старый Насте поклонился,
От жены отворотился
И пустился в прежний путь,
Хоть мороз поднялся – жуть!
Сзади мачехина дочка
Восседала, словно бочка,
На ходу пирог жевала
И от холода икала.
Хоть одета в десять шуб,
Так тряслась, что зуб на зуб,
Сдобным пирогом ведом,
Попадал с большим трудом.
Чуть язык не откусила –
Такова мороза сила!

Не долга дорога в поле,
Где буран метёт на воле,
Повернуть бы девке в радость,
Да уж очень давит жадность.

Наконец возник сугроб,
Будто белый стылый гроб.
Раньше Настя здесь сидела,
И метель ей песни пела,
А теперь старухи дочка
На снегу торчит как кочка.
"Где же, – думает, – Мороз,
Чтоб подарки мне принёс?"

А Мороз уж тут как тут,
Видно рад, что снова ждут!
Как закрутит снега воз
В хоровод застывших слёз!
Как обрушит лютой стужи
Самого себя подюже!
А потом как кинет шубу,
Знать – проверить девку в дубу...
Тут и тени шевельнулись,
Белы двери распахнулись,
Вышла кавалеров рать:
Пажи, фрейлины – всё знать!
Начали играть в снежинки,
Весело меча искринки,
Хоровод всю ночь водили,
Грусть-печали позабыли,
А как небо посветлело...
Гостья их окаменела!

...А в деревне в это время
Мачеха теребит темя:
Как бы уберечь подарки –
Сундуки уж больно жалки.
Но потом решает: "Насте
Дали заодно и снасти,
Стало быть, дадут и нам,
Даже пусть и старый хлам.
Всё равно златые горы,
Чтоб не утащили воры,
Нужно или закопать,
Или в банк заморский сдать".

Снарядила старика
За дочуркою. Пока
Печку в доме затопила
И ватрушки замесила.
А собачка под столом:
"Гав, гав, гав, какой облом!
Старикова дочка Настя
Будет в мире жить и счастье,
А от прочих дочерей
Выйдет перестук костей!"

"Ах, ты подлая какая!
Позабыла, кто такая?
Коль ругаешь нашу дочь,
Убирайся с дому прочь!"

Ухватив за шкирку Жучку,
Двери повернула ручку,
Но тут с улицы до слуха
Перестук донёсся глухо.
Пальцами зажала уши –
Перестук стал малость глуше;
Но – свернули во двор сани,
И мать с Жучкой видят сами:
За спиной у старика,
Хрусталём блестя слегка,
От мороза каменело
Издаёт стук дочки тело!
Тут старуха закричала,
Возле дочери упала,
За руку её схватила...
И сама дух испустила!

            *  *  *

Да! Зимой у нас Мороз!
И не зря он – Красный Нос!
Людям он даёт подарки,
Но лишь тем, кто сердцем жарки.
У кого ж в груди ледышка –
Застывает, как мартышка!
Не поможет даже ШУБА,
Он даёт и в шубе ДУБА.

Настя вышла замуж вскоре.
Дождь златой иссяк в той поре,
Но двенадцать сундуков
Были полны до верхов!
Я на свадьбе этой был,
Из ковша мёд-пиво пил,
Но усами зацепился –
Мимо рта мёд и пролился.
Я набрал тогда чернил
И поэму сочинил.
Раз её вы прочитали –
Мне должны рублей пять стали.
Высылайте на Веб-Мани,
И молчок об этом маме!

31 октября – 04 ноября 2008 г.

Авторское исполнение произведения на Youtube:
http://www.youtube.com/watch?v=DXAv1A6lGxc

http://www.youtube.com/watch?v=DXAv1A6lGxc


Рецензии
Здравствуйте уважаемый Олег Петрович! У Вас такие замечательные сказки, очень они мне нравятся!
Приглашаю Вас принять участие в проекте "Русские народные сказки"! Удачи Вам и Вдохновения!
С теплом сердечным, Тамара

Русские Народные Сказки   12.12.2010 07:26     Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.