Я прошёл сквозь себя

Я прошёл сквозь себя - лабиринтом нехоженых троп.
Я прошёл сквозь себя... И белеет на небе луна,
дятел эхом разлил барабанную дробь,
и вдали тишину обласкала струна.
Я в себе не нашёл милых сердцу июньских ночей
и собаки любимой давно потерявшийся след,
только встретился чей-то ничей
на губах поцелуй и любовный несбыточный бред.
Я себя из себя доставать понемногу хочу.
Я себя на себя променять был бы рад за пустяк.
За себя я огромную плату себе заплачу,
а другому отдам просто так.
Я на дне сокровенных глубин не встречал
ни вечерних, ни утренних зорь,
только где-то по-прежнему тихо журчал
родничок, что поёт в тишине всякий вздор.
Зимних гроз и весенних метелей крутящийся вихрь
разметал по подушке зелёную шапку волос.
Старых дам, новых вдов, кавалеров - поклонников их -
я счищал опереточный лоск.
Не нашёл сокровенную тайну свою,
что когда-то давно закопал, сделав детский секрет.
Макаревич и др. снова старые песни поют,
и Высоцкий В.С. посылает свой хриплый привет.
За туманами Пенза, Тбилиси пылающий жар
и подвалов вонючих влеченье,
карты, дым сигарет, белый шар,
тайны сладость и горечь разоблаченья -
всё слежалось завалом ненужных вещей.
То пылаю в жару, то колотит холодный озноб.
Из ненужных мне встретился даже Кащей,
когда шёл сквозь себя - лабиринтом нехоженых троп...
Я прошёл сквозь себя. Я нарушил покой.
И далёкий в мерцанье и близкий слепящий рассвет
одинаково били железной тоской
по призывному рельсу, просящему отзвук в ответ.