Порванная нить

Картины решетчатых брызг
Сквозь воду бесцельных слов
Прорывают туман
Как паутину с
Алюминиевой стружкой
И маслом машинным,
Утонувшим в прошлое
Со всеми последствиями
Частотных дыханий
В жарком до тошноты
Вечернем воздухе
Города, приютившего
Навек меня
Как единицу жизни
Незаконченного предложения
И больше никому
Не нужных желтых
Теплых и ласковых огней
И стуков в стену
Внешнюю дерева дома,
Пугливых, как рассвет
За занавеской коричневого хлопка...
По клавишам белым
Мерный стук слов.
Горьким шоколадом
Подслащиваю утренний дождь,
На горящий асфальт
Кидающий свои мягкие
Слезы безразличия к нам.

На чьих-то (...собственных?)
Строках режу хлеб,
Мыслям не нужно
Самоосознанием
Устраивать короткие замыкания
На проводах собственных
Басовых струн.
Просто резка тонким и острым
Лезвием
На листах, исписанных черным,
Неразборчивым, мелким,
Хлебной лепешки.
Просто утоление голода
На почве легких
Эмоциональных знаков препинания
В подсознательных слоях
Серых веществ.

Цинично вру себе,
Доставляя другим
Целый спектр чувств и эмоций,
Раскрываю в каждом
Его собственную породу цинизма,
Не обделяя вниманием
Ласковость движений ладоней.

Только себе.
С честными глазами.
И прямо нанизанными бусинами.
Стеклярус треснул еще вчера,
На последнем стежке,
Порвав связующую нить
Меж пестрыми лоскутами
Ткани живой.