По узкой тропинке шагаю упрямо

По узкой тропинке шагаю упрямо,
От главного входа до страшной тюрьмы.
Не раз говорила когда-то мне мама,
Тебе не уйти от тюрьмы иль сумы.
И вот совершились её предсказанья,
Самою судьбою определены.
На картах гаданья, на гуще гаданья,
Но дни за решёткой мне суждены.
И я окружённый листами железа,
Иду, ожидая последний свой час.
Меня, допросив в кабинете помпезном,
Наверно, убьют по дороге сейчас.
В моей голове возникают вопросы,
За что,? Почему?, за какие грехи?
Но мне лейтенант объяснил на допросах,
Дела мои, видно, совсем уж плохи.
Железо шуршит от случайного ветра,
Висит на верёвках, как чьё-то бельё,
Ещё два шага, ещё пару метров,
И кончится существованье моё.
Пройдя по тропинке свой путь половину,
Я не был преступником и подлецом,
И обернувшись, сказал, нет, не в спину,
Уж лучше стреляйте мне прямо в лицо.
Таких не стреляют, а просто сажают,
Сказал за спиною солдат-конвоир,
А, может быть, парень тебя оправдают,
И снова увидишь ты свой прежний мир.
Но знал он заранее, не оправдают,
Но может быть, долго ещё буду жить.
Ведь, много таких по колоннам страдают,
И мне суждено под конвоем ходить.
А, что будет после? А после свобода,
Вернётся ко мне через несколько лет.
И буду я вместе с живущим народом,
Писать мемуары, встречая рассвет.