Будда

читал и юнга, и ницше, и кого-то ещё на ша,
не понаслышке знает, как в шавасане дышать,
не так давно на досуге закончил второй роман,
умеет помочь другим не сойти сезонно с ума,
ездил прошлой весною к ламе, вроде в непал,
в августе – на побережье, там хорошие spa,
вернулся, новые люди, поиски новых тем,
встречи и презентации, резвый столичный темп,
снял другую квартиру, тихий зелёный район,
конечно, там дорогое, но стоящее жильё,
macbook, статуэтка будды, стопка любимых книг,
вид из окна на оранжевые рассыпчатые огни,
секс со случайной подругой, мало ли с кем ещё.
в международном банке растёт постоянный счёт.

спускается синий вечер, растёт пустота внутри,
и кто-то, давно знакомый, в сердце его говорит:
что создано – то разрушится, жизни без смерти нет,
но не найдёшь спасения где-то на стороне,
желания и свободу не получится совместить,
вспомни себя, и увидишь – ты на верном пути.
он открывает глаза и делает пару звонков,
телом в людском муравейнике, мыслями – далеко,
собраны нужные вещи, не взят обратный билет,
бессмертный принц гаутама ему улыбается вслед.
...автоответчик мигает, в пустой квартире звонки,
чистый лист на столешнице, точка в конце строки,
прелюдия книги лучше тех, что уже написал.
в иллюминаторе розовым окрасились небеса.