Поэма. Алеся в зазеркалье или сказ о маньеристе. 3

Алеся в зазеркалье или сказ о маньеристе.

3.
И вот однажды в их цветущий сад
Забрёл старик обшарпанный и дряхлый.
И исходил смердящий аромат
По всем кустам его одеждой чахлой.

Увидев старца с палкою-клюкой,
Алеся подошла к нему неспешно,
Сказав: «Ты что забыл тут, друг смурной,
И почему одет ты так потешно?»

- Ну, здравствуй, Свет Алесенька, моя!
Не спрашивай «откуда знаю имя».
Историю хранит сыра земля.
Сомнения, тревога и гордыня!

Живёт вот человек – и его нет.
Не просто так всё крутиться – вертится.
И дудка и в дерзновенный флажолет
Не просто так, под утро, превратиться.

И лебедь, ничего – не пропадёт.
Не превратиться в дряхлую гусыню.
Отец твой твоей матушкой живёт,
Ваяя в себе вечную богиню.

Коль хочешь своему отцу помочь,
То этой ночью скинь с себя одежды
И в зеркала вступи смелее прочь.
Они всегда с тобою были нежны…

Князья не забавляют уж тебя,
А зеркала – чудесная забава.
Они, когда ты мимо проходя;
Влюбляются в твои младые нравы.

Не бойся их. Они тебе друзья.
И верою своей они всех паче,
Милее; не служанки иль князья…
Знай; зеркала – в любови, не иначе.

Но только в полночь к ним ты подойди,
Когда часы пробьют двенадцать к ряду.
Рукою лишь по стёклам проведи –
И воздадут они тебе награду.»

Пропал старик, лишь посох под кустом
А старика и след простыл. Вот диво!
- Почто мне зеркала и тот Садом? –
Алесеньке присталося игриво.

Гуляя в парке, возле озерца,
Она отца увидела, узрела
И вытерев слезинку у лица
Ей мысль о зазеркалье завладела.

«А что, если старик хмельной не врёт?
И, в самом деле, зеркала – ведь други!
Так что же я стою? Вперёд! Вперёд!
Нет ничего несчастнее разлуки.