Кроваво-рыжий

Слышишь грохот неба своего?
В угнетенье ты смазливо
Чувствуешь рокот тела –
Оно заживо погребено.

Знак-ключицей пятипалое трепло,
Бегством любит дрессированное хамло,
И отвисно, безусловно грязно,
Марево злорадства сгустилось над нами ржавообразно.

Никакой угрозы, удивленья,
В тёмных складках солнца чуждое явленье,
Плющ в копытах – силуэтом наважденье,
На дыбы! И я молю прощенья.

Кроваво-рыжий, пламеньем гнедой,
Кроваво-рыжий, рыжий,
Кровавыми топазами живой,
Палящую звезду дыханьем жаждет в цвет любой.

Багровый пепел на губах,
И ноздри, что кровью чернеют,
Подковы отбивает в ниц моя,
Спина зловещим поддувалом свирепеет.

Залитой и паяльной кровью,
В глазах его индиго жжёт,
Переливающейся гривой,
Открытым адом он с собой зовёт.

Цветут все прутья гнева в блик огня,
Кипит в лазурном бойлере вся сущая, скупая беготня,
Железной клеткой обгорела седина,
Чрез дождь души натравленной тесьмой светлеет сатана.

Кроваво-рыжий, опалено свой,
Пушистой кровью расплескается галопом в бой,
Кроваво-рыжей красотой
Покинул я проклятья плазмы в гной.


[../../..]