Владимир карелин продолжение часть 2

--------------ГЛАВА 8--------------------
       ------------Часть 1---------------

А жизнь текла своею чередою.
Карелин счастлив, Настя - молодец.
Весь мир узнал про нашего героя,
Какой он замечательный певец.

Стихи его опять сметались с полок:
Народу интересна его грусть,
Его любовь, его судьба, раздолье
И море переполненное чувств.

Опять гастроли - множество концертов.
И график вновь его "забит битком".
Десятки грамот, званий, комплиментов,
И вдохновенье бьёт большим ключом.

Он уставал, но ради милой Насти
Он забывал порою даже сон
И пил до дна судьбы нелёгкой счастье,
Ведь в Настю без ума он был влюблён.

В своих детишках он души не чаял,
И ради них он был на всё готов,
Прощая им всегда любую шалость
И посвящая множество стихов.

А Настенька была ему подмогой,
Опорой, на которой было всё:
Друзья, дом, дети и ещё во многом,
И много возлагалось на неё.

---------------------------------------

И чтобы Настя меньше уставала,
Владимир няню нанял для детей.
Но даже с няней Настя не спускала
Глаз со своих весёлых малышей.

По вечерам всё так же спать Настюша
Укладывала сына, дочерей,
Вложив им в руки мягкие игрушки,
Рассказывая сказку посмешней.

И дети вскоре сладко засыпали,
Посапывая носиками, и
Во снах героев сказочных встречали,
И с ними вновь играли до зари.

Про няню ж расскажу совсем немного:
Поклонницей Карелина была,
Хотя хозяевам казалась недотрогой,
Терпеть детей Настюши не могла.

Она певца к Настюше ревновала,
Хотела, чтоб Владимир был её,
Чтоб жизнь его лишь ей принадлежала,
Чтоб он к ногам её бы бросил всё:

Писал бы ей свои стихи ночами,
И с ней одной делил постель свою,
Одаривал её бы мелочами,
Твердил всё время:" Я тебя люблю."

Но был он словно каменная глыба,
И няне комплиментов не дарил,
Лишь иногда с простецкою улыбкой
О воспитаньи деток говорил.

Он задавал ей разные вопросы:
"Как им спалось? Шалил ли кто из них?"
А ей хотелось /до безумства/ очень
Ему признаться в чувствах дорогих.

И броситься Карелину в объятья,
С ним лечь на белоснежную кровать.
Но как барьер - детишки вместе с Настей.
Нет! Надо что-то срочно предпринять.

Иначе вскоре дети повзрослеют
И ей придётся сей покинуть дом.
А нянечке не очень-то хотелось,
Чтоб с "деревенщиной" остался он вдвоём.

---------Часть 2--------------

И следуя сюжету мыльных опер,
Задуман был злодейства хитрый план,
Под видом безкорыстной, доброй воли
Предпринят был чудовищный обман:

Однажды вечером Настюшу пригласила
К одной подруге на рожденья день.
Подруга Настю щедро угостила,
Расспрашивать ей Настеньку не лень:

"Когда вы познакомились, подруга?
Как он относится к тебе? Какой вообще?
Как вы ещё выносите друг друга?
Семь лет наверно минуло уже

С тех пор, когда вы вместе повстречались,
Соединились раз и навсегда?
Не уж то вы ещё и расставались?..
Не может быть?.. О, Боже мой!.. Вот это да!..

Беседа продолжалась больше часа.
Хозяйка Насте рюмку налила,
Произнесла всем пожеланья счастья
Какие только в памяти нашла.

Ещё минут пятнадцать пролетели,
Вдруг разговор был прерван пустяком:
Звонок запел весёлой громкой трелью.
Муж возвратился /не один/ с дружком.

--------------------------------------

"Ещё налей ей рюмку." - "Без вопросов!"
"Я в жизни столько не пила вина."
И вскоре всей компанией весёлой
Настюшу напоили допьяна.

Глаза слипались, спать ей захотелось.
Не тут-то было: стали танцевать.
В глазах мутнело, всё вокруг вертелось,
Контроль Настюша стала вдруг терять...

...Очнулась Настя на кровати где-то,
Укрыта одеялом, но нага.
Мужчина - рядом /тоже был раздетым/,
На грудь Настюши вновь легла рука.

Пары вина ещё внутри "играли",
Стыд снова ими был сведён "на нет".
К любовнику изменщица прижалась,
А за окном уже блистал рассвет.

И день тянулся дальше, дальше, дальше.
До вечера Настюша здесь была.
Изменой разрушая своё счастье,
Она ласкала,пела и пила.

И только вечером поднялась и оделась,
Вдруг вспомнила она своих детей.
Ей с ними очутиться захотелось
И быть в кругу семьи простой своей.

Москва вечерняя огнями ворожила.
Такси несло неверную жену.
Машина во дворе притормозила,
Настюша вдруг почуяла вину.

На лифте на этаж к себе поднялась,
Ключи в кармане плащика нашла,
В замке минуты две проковырялась,
Открыла дверь, в прихожую вошла:

"Владимир, я вернулась!" - "Нагулялась?"
Послышался из комнаты вопрос:
"Я знаю, как в гостях ты развлекалась!"
По коже Насти пробежал мороз.

И слёзы выдавила совесть у Настасьи,
Измена камнем на душу легла.
Чудовищное, глупое несчастье!
Она разруху в сердце принесла.

В гостинную не раздеваясь Настя
Вошла и тихо встала у окна.
Их разговор нелеп был и напрасен:
"Да, милый, признаюсь - моя вина."

"Какой тебе я милый? Мне ответь ты?
Чего тебе я, Настя, не давал?"
Горела злоба в сердце у поэта,
А душу он слезами обливал.

"Прости меня. Прости, я не хотела.
Сглупила я и пьяною была."
Сказала Настя, всё сильней бледнея,
Роняя в сторону Владимира слова.

Но он не слушал Настеньку, нисколько,
Ведь в жизни был уже такой обман:
Его бросали прежние девчонки,
Чиня измены, хоть был чист он сам.

"Ну нет! Тебе прощения не будет!";
"Зачем? О, Боже мой. Чем я-то плох?"
Карелин "про себя" сейчас подумал,
И сделал грустно он глубокий вздох.

И встав из-за стола, он повернулся,
В прихожей он открыл входную дверь.
Настюша повернулась, чуть качнувшись:
"Прости, любимый." Но куда теперь?

Куда теперь? Поехала к подруге,
Решила там она заночевать,
Оставив в одиночестве супруга,
Чтоб он бы мог спокойно размышлять.

--------------------------------------

Какие ж всё же люди - лицемеры.
И это можно видеть каждый день:
Завидуют опять они без меры
И вновь наводят "тени на плетень".

В стакан вина нацелен глаз поэта,
Как будь-то в нём искал какой изъян:
"Ложь! Подлость! Зло! Не видеть бы всё это!"
И в дверь входную он метнул стакан.

Из горлышка он выпил полбутылки,
Оделся, хлопнул дверью и ушёл.
Он снова в этой жизни оступился:
Он предан был неверною женой.

Карелин шёл по улице, смеялся,
А слёзы горести текли с его лица.
Он клял тот день, когда он повстречался
Душа его была полна свинца.

Устроив общую попойку в баре,
К девчонкам молодым стал приставать,
Он был сегодня в бешенстве, "в ударе",
Хотелось петь, выть, плакать и гулять,

И горе утопить в вине хотелось,
Забыть о детях, Настю позабыть,
И с кучей молодых и пьяных девок
Ей за измену так же отомстить.

"Бармен, где снять квартиру на ночь можно?"
Бармен визитку чью-то протянул.
Карелин позвонил и осторожно
Двум девушкам на близость намекнул.

Те сразу согласились с ним поехать.
Таксист уже у входа поджидал.
И вновь вино и пошлые потехи
Карелин этой ночью испытал.

А поутру он водкой похмелился.
Домой приехав, лёг он на диван.
На несколько часов он сном забылся,
А вечером наполнил вновь стакан:

"Дурак! Поверил девке деревенской!"
Пылало сердце у него в груди,
Жизнь вновь казалась мелкой, подлой, мерзкой.
И одиночество блеснуло впереди.

Ещё стакан умело опрокинут,
Язык обжёг дурмана едкий вкус.
Но нет её - любимой, сердцу милой,
Которая бы сбросила сей груз,

Сей камень, что застыл в порыве злобы,
Ему вдруг захотелось умереть,
То очутиться в матери утробе.
Нет силы унижение терпеть!!!

---------------------------------------

Квартиры дверь тихонько приоткрылась:
С прогулки нянечка детишек привела,
И в угол вдруг от ужаса забилась.
Не сразу в чувство нянечка пришла:

Владимир на полу лежал, движенья
В нём не было. По всей квартире - дым.
Стоял и запах сильного горенья,
И лист бумаги в урне был седым.

Плеча коснулась нянечка рукою,
В ответ поэт чего-то "промычал".
И помотав зачем-то головою
Сознание он снова потерял.

Угар хмельной стал для неё удачей:
Один лишь раз такой бывает шанс.
Возник и план про то, что будет дальше,
Про то, как "дело выгорит" сейчас.

Но для начала, накормив детишек
Спать уложила на кроватки их.
Простор открыла для своих делишек,
Чтоб окончательно разрушить мир двоих,

Тех, кто её недавно приютили,
Делили с нею радость, хлеб и кров.
Кто доверяли, кто её любили.
Но хладнокровно их расстроила любовь.

-------------Часть 3---------------

"Володя, милый, просыпайся. С добрым утром."
И нежных губ дыханье на лице.
Но незнакомо, дико, даже пошло.
И голова как будь-то вылита в свинце.

Чуть-чуть глаз приоткрылся ненадолго:
Полузнакомый кто-то голову склонил,
/Халат из фиолетового шёлка,
Что он когда-то Насте подарил/,

Будил его:" Мой зайчик, Вова милый."
И снова поцелуй коснулся губ.
И сделалось певцу ещё тоскливей:
Он в сновиденья снова рухнул словно труп.

-----------------------------------------------

Полуденное солнце припекало,
Но сквознячок его чуть ослаблял.
А голова его ещё сильней "трещала",
Для утоленья своей жажды Вова встал.

На кухню он поплёлся словно зомби.
И ошарашен был он тем, что увидал:
Сомнений нет! В халате Насти Ольга:
"Как долго же Володечка ты спал."

"А ты зачем халат одела Настин?"
"А ты не помнишь, что мне обещал?
Всю ночь мне говорил о нашем счастьи
И спать мне этой ночью не давал."

Карелин опустился:" Я не помню.
А что тебе я ночью говорил?"
Лиса вдруг стала сразу "очень скромной":
"Зачем меня тогда ты соблазнил?

Зачем мне горы обещал ты золотые?
Я думала ты честен, ты ж - подлец.
Я так и знала - всё слова пустые.
Спасибо за науку! Молодец!"

И слёзы девичьи скатились с щёк румяных,
"Но, Ольга, я не помню ничего.
Я был ведь очень... очень-очень пьяным."
"Прости! Я всё забыла! Всё прошло!"

К плите она обратно повернулась.
Карелин холодильник приоткрыл.
Душа его сильнее встрепенулась,
Когда он водки рюмочку налил.

Вторая, третья. Кушать захотелось:
"А есть у нас чего-нибудь поесть?"
"Конечно есть,"- сказала Ольга смело.
"Забывши про поруганную честь".

---------------------------------------

И следующий день похмельем встречен,
И третий, и четвёртый, и шестой.
Поэт всё пил, но до сих пор не верил,
Что предан был своею он женой.

И песни не писались уже боле:
Ведь муза стихотворная ушла.
И заменить её, увы, не сможет Ольга,
Какой бы распрекрасной не была.

На самотёк Карелин всё забросил:
Душа его с изменой умерла.
А мир вокруг щетинился жестоко,
Да тут ещё и лжи пришла волна:

Мол, всё, друзья - Карелин отписался,
Мол, отжил этот Вова, как талант.
И всяк (как мог) над ним поиздевался:
И журналист, и сплетник, и дурак.

Вино опять - душе его утеха,
Лекарство от больших сердечных ран.
Уж месяц продолжается потеха,
И осушавшись, наполнялся вновь стакан.

Лилось вино, текли коньяк и водка.
Но боль не заглушить в его душе,
Ведь трещину дала семьи той лодка,
И невозможно всё вернуть уже.

------------Часть 4----------------

Настюша шла по улице тоскливо:
"Зачем же я Володю предала?
Ведь с ним была я верной и счастливой,
Любовь дарила, Но..." Опять слеза.

Опять Настюша стала одинока;
До крови душу совесть довела:
"Зачем ей нужен этот мир жестокий?"
Но виновата в том - она сама!

Сомнений миллионы гложут душу:
" Как он один? Как дети? И как дом?"
Не в силах совладать с великой грустью
Лицо прикрыла женщина платком.

Она присела в парке на скамейку,
Дала вдруг "волю чувствам" - не таясь,
Переживая за уют семейный,
За всё, что потеряла в злачный час,

Когда веселье пьяное, шальное
Сгубило всё, что стоило тех лет
Лишений, тягот, время золотого...
Вино и водка - вот источник бед!!!

Ещё вчера она была "на троне",
Ну а сегодня сброшена с небес.
Мечты разбиты вдрызг о твердь земную.
И в этот миг весь мир пред ней исчез.

В душе открылась брешь, и безразличье,
К тому: Что будет? Будет ли вообще?
"Забыть бы всё: прошедшее, измену!!!"
...Так очутилась Настя в кабаке.


-------------------------------------

Опять судьбы нелёгкой поворотом
Заброшена в своё село она.
И предстоит быть снова одинокой,
За грех платить придётся ей сполна.
 
Осеннюю печаль зима сменила,
Морозцы стали по земле гулять.
И всё ж о том, кого она любила
Не хочется Настюше вспоминать.

Лишь детям шлёт нечастые открытки.
Горюет Настя, но возврата нет,
А в памяти счастливые улыбки,
Воспоминанья тех прекрасных лет:

Любовь Карелина, знакомство, встречи, свадьба,
Рождение прекрасных малышей...
И острый нож - измены день злосчастный,
Спаливший всё, что было в жизни сей.
 

       ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТ ............