Не лёгка доля маньериста

Не лёгка доля маньеристов
И тех, кто с ними за одно
Пытаются стезёю чистой
Превозносить, что суждено

Погибнуть в строчках поэтично,
Забыться кем-то и давно;
И мздой ирония тактично
Рифмует "***", "****а", "говно".

Бывало тонко маньеристы
Изящною пленою струй,
Ваяя слоганы лучисты;
Нет, нет – и вставят слово «***».

Порадуют врача, таксиста,
Дояра, алкаша в запой,
Строкой бывалой маньериста;
Манерной озорной строкой.

А там поехали, погнали;
«****а» и образы любви.
Разве не этого желали
Читатели, да за рубли?

Его ведь, право, не осудишь
За то, что нрав ему сей тон.
И коли, страстью себя губишь,
То неизбежен и жаргон.

Я часто сам пишу про звёзды,
Про бабочек с крылами див;
А получается про «****ы»
И высраный презерватив.

И с неба на меня лунища
Кривит оскалиной ебло,
И на стихи мои ****ища
Пытается пробздить дупло.

А за окном на чистопрудных
Ебут каких-то поэтесс
Нажравшихся, да безрассудных.
И мне понраву сей процесс.

Вольна природа дуновенья
И лёгок звук ея строки,
И ****утое смятенье
Вторгается в сия грехи.

Сомненьем мучаясь, ликуя,
Я пру обшарпанным двором
И настигаю, мыслью ***,
****ву в исчадии спиртном.

И *** вставляя пепиньеркам,
Лукаюсь я своих гардин.
И взглядом извращённым мерклым
Манерен я, неотразим.

И плоть сжирая моложавым,
На кладях несуразных стен
Ваяю я перстом стяжавым
Полотна куртуазных тем.

Собаки пришлые за мясо
Дерутся, разрывая крик.
А я гласиной своей властно
На тварей изрыгаю рыг.

И в рыгах тех, в потугах крови,
Под небом лунным и смурным
Я щурю, несуразный, брови
Как вечный пленник - бардодым.

Не лёгка доля маньериста
И тех, кто с ними за одно
Игриво, трепетно, волнисто
Струят, что многим не дано.