Осины

 
День и ночь, сохраняя прохладу в любую погоду,
Над постоялым двором, кузницей и мастерской,
На перекрестке дорог осины ведут беседу
С дождем, пока верхушки шелестят листвой.

Из пещеры кузницы звон раздаётся:
То молота, подковы, наковальни стуки,
А со двора - шум, гам и песня чья-то льется,
Уже лет пятьдесят мы слышим эти звуки.

Но шёпот осин не затихает
Над погасшим окном и безлюдной дорогой,
Пустынной как небо, и не прекращает
Призраки звать из обители строгой.

Тихая кузница, дом постоялый
В лунном свете или в темноте,
В ясную ночь или в буран небывалый,
На перекрёстке как в призрачной комнате.

Словно рядом с ними нет ни дома,
В любую погоду над временем и над людьми,
Осины должны шелестеть листвой знакомо,
А люди их могут услышать как рифмы мои.

Пока что ветер есть на свете, а листья есть у них и у меня
Мы будем осинами, мы по-другому не сможем,
Как горевать без причин, непрерывно шумя,
По мнению всех тех, чье дерево – другое.

Эдвард Томас (1896)

EDWARD THOMAS
(1878-1917)

ASPENS
All day and night, save winter, every weather,
Above the inn, the smithy, and the shop,
The aspens at the cross-roads talk together
Of rain, until their last leaves fall from the top.

Out of the blacksmith’s cavern comes the ringing
Of hammer, shoe, and anvil; out of the inn
The clink, the hum, the roar, the random singing -
The sounds that for these fifty years have been.

The whisper of the aspens is not drowned
And over lightless pane and footless road,
Empty as sky, with every other sound
Not ceasing, calls their ghosts from their abode,

A silent smithy, a silent inn, nor fails
In the bare moonlight or the thick-furred gloom,
In tempest or the night of nightingales,
To turn the cross-roads to a ghostly room.

And it would be the same were no house near.
Over all sorts of weather, men, and times,
Aspens must shake their leaves and men may hear
But need not listen, more than to my rhymes.

Whatever wind blows, while they and I have leaves
We cannot other than an aspen be
That ceaselessly, unreasonably grieves,
Or so men think who like a different tree.

1896