Недотёпы. II. На вокзале города N

Cухогнилин стоял в очереди в кассу и с интересом разглядывал миловидную девушку, продающую билеты.
- Два плацкартных до Москвы, - гордо сказал Сереш, ничуть не сомневаясь в том, что эти слова непременно должны произвести на миловидную девушку неизгладимое впечатление.
- Четыре тысячи двести рублей, пожалуйста, - равнодушно бросила миловидная девушка.
«Четыре тысячи двести рублей!» - эта фраза произвели на Сухогнилина эффект, схожий с тем, как если бы на него на всех парах нёсся локомотив, но в последний момент проехал мимо, оказалось, что Сереш стоит на соседнем пути. Снаружи выглядело, будто его хватил столбняк, на лице застыла горделиво-самодовольная ухмылка, ещё пять секунд назад, выражавшая его явное превосходство над всем и вся. Теперь же она больше походила на идиотскую, да к тому же никак не желающую убираться с и без того не очень умного лица. Но это было снаружи, что же касается внутреннего состояния , то это мог ощутить только сам Сухогнилин и волею судеб некоторым образом мы. Организм Сереша явно не подготовленный к подобным ударам начал реагировать на случившееся достаточно неординарно! Сначала его бросило в жар, отчего мгновенно вспотела спина. Спёртый комок подошёл к горлу и Сухогнилин начал тихонько покрякивать. Очки запотели, и без того не очень свежая майка плотно прилипла к спине, вследствие чего отчаянно чесалась левая лопатка, но почесать её решительно не было никакой возможности. Засвербело в носу, а в ушах шумел прибой далёкого моря. В довершении ко всему, непонятно с какой стати, свело левую пятку. Подобная немая сцена могла продолжаться ещё очень долго, если бы её не нарушила миловидная девушка из кассы самым решительным образом.
- Гражданин, так Вы будете брать или нет? Если нет, то, пожалуйста, отойдите, не задерживайте очередь, - резкая фраза миловидной девушки благотворно подействовала на Сереша. Заставила убраться, ставшую идиотской, улыбку, а так же способствовала его выходу из ступора. Поток эмоций захватил Сухогнилина! Сначала на него накатила дикая ярость, и ему захотелось грубо обругать, в общем-то, ни в чём не повинную, миловидную девушку, но, слава Богу, он смог удержаться. Затем ему захотелось устроить скандал по поводу того, что о повышении тарифов на железнодорожные перевозки надо было объявить ну хотя бы по радио, но и тут он смог взять себя в руки. От себя добавим, что об очередном повышении объявлялось и по радио, и по телевидению, и даже газеты об этом писали, но в силу того, что наши друзья всё своё время проводили на озере за обсуждением, где хорошо, а где хреново, то и о жизни Государства они имели представление весьма поверхностное. В общем, многообещающее путешествие в Москву могло закончиться так и не начавшись у касс в стенах вокзала города N. Но надо отдать должное Сухогнилину, он хоть и обладал не очень умным лицом, иногда всё-таки мог соображать достаточно быстро. Он смекнул, что можно купить один билет в купейный вагон, а там всегда есть третья полка, где и сможет разместиться якобы провожающий его Тосик. Почему именно Тосик, а не он? Ну, всё-таки изначально вся кампания по покорению столицы организовывалась на деньги, отложенные на туалет именно его тёщей, а не чьей-то там ещё! Так что пока всё складывалось, как нельзя лучше. К тому же произошла неожиданная экономия, поскольку планировалось на дорогу в один конец потратить три тысячи, а один билет в купейный вагон стоил всего две тысячи девятьсот. Налицо экономия в сто рублей, что согласитесь тоже очень приятно! Вот только Тосик, узнав, что ему предстоит проехать зайцем, поджав ноги, на третьей полке четырнадцать часов, немного загрустил. Но Сереш его быстро успокоил.
- Тосик, у нас же с собой десять пуховых подушек, сделаем тебе такое ложе! Поедешь как шейх Брунея! Вот только в туалет тебе надо сходить поосновательней, поскольку во избежание различных эксцессов, до конечного пункта назначения, с третьей полки слезать тебе не рекомендуется. И потом ты что забыл, зачем едешь в столицу? Меньше чем через сутки твоё творчество пойдёт в широкие массы культурных, разбирающихся в литературе, высокообразованных людей! – после таких тёплых слов Тосик развеселился и даже начал в мечтах примеривать славу и почёт известного в столичных кругах литератора. Отметим, что посадка наших друзей прошла, без происшествий, Тосик во избежание каких-либо эксцессов ещё на вокзале основательно сходил в туалет, а проводница, оказавшаяся тоже очень приятной девушкой, ничего подозрительного в наружности Собутылина, собирающегося с минуты на минуту преступить закон, то есть ехать зайцем, поджав ноги целых четырнадцать часов, не заметила. А поскольку из города N жители выезжали крайне редко, и поезд собирал пассажиров по ходу движения в более крупных городах, то Сухогнилин и Собутылин оказались вдвоём в абсолютно пустом купе, и у них было как минимум сорок минут на обустройство спального места для Тосика. Состав вдруг дёрнулся, застучали колёса, поезд плавно начал набирать скорость. Поехали!..

(продолжение следует)