От бледной пленки истекающих задумок отделилось несколько точек с убогими зацепками. И альтернатива потеряла свой адреналин рухнув в глубокую бездну скрещенных рельс с белыми сапогами на исходе млечного поезда. Смысл потерял свою глупость, а цель не может занять свою иерархию, гниющую запахами цветов тлеющего праха. Старость поглощается водой разбитой на осколки черепа. Черви создают храм крови и плоти, где будет царствовать ответственность за глупость ума и жадности. Глазами непристойности выливается нестерпимая усталость и люди, исковерканные порочными углями, не могут грызть воздух одиночества. Свалившаяся карта перевернет столб сожжения на глупую траву с мягким светом. Клаустрофобия выбивает зеркала закрытые смазливой веревкой из гладкого снега, взлетевшего вниз за своей судьбой, в которую никто не верит.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.