Соседскоженский беспредел

Может быть я встал не стой ноги
И не сел с утра на табуретку;
Значит утонул я от тоски,
Что ебу бесстыжую соседку.

Как ее идеи глубоки,
Вязнут в глубине моей кушетки.
Ставлю ей засосы на соски,
Чтобы не грузила меня, детка.

Чтобы знала, в следующий раз,
Когда звонит своему соседу,
Что за поэтический экстаз
Можно заработать сигарету.

Хоть я, право слово, не курю,
Но держу я спички и сигары.
Потому соседей и люблю,
Ибо знаю женские их нравы.

Соль и сахар на столе стоят;
Ждут свой выход белые гитары.
С ними совершаю я обряд
И вербую женские я чары.

У меня всё есть, для милых дам,
Пока их мужья вертЯт баранки,
И станочат фтулки в стружек хлам,
Или "переходят" на шарманке.

Жёнам их так скучно, что парой,
Звонят в мою дверь с тоскою соседской,
Чтоб занять червончик золотой,
На минутку превратясь в кокетку.

Знаю я их ****ский огонёк,
Что червончик, лишь, предлог обмана.
Сами же хотят, чтоб я разжёг
Злой пожар развратного романа.

Я с порога говорю:
- Не дам!
Денег нет и сахара стакана.
а в штанах ворочается хам:
- Хороша, - он говорит, - Мадама!

(Сейчас попробуйте представить, что же дальше? Именно то, о чём вы и подумали!)

-Са- хар ну-жно по-ку-па-ть са-мим!
По-ку-пай-те са-хар в ма-га-зи-не!
- Да ещё сильнее, господин!
шепчет мне распутная скотина.

Сколько можно денег занимать,
Вместе с солью, сахаром и перцем?
Мне на ваши прелести насрать!
Больше не открою я вам дверцу!

Стойте же и плачьте за дверьми.
Не фига по миру побираться.
Коли нужен секс, иди, возьми.
По соседям не фига мотаться.

С мужем нужно, ноченькою злой,
Жёстко и по полной кувыркаться,
Если же твой муж не голубой.
С пидарами лучше не якшаться.

С верху надомною есть семья.
Взял он в жёны бабу, для проформы.
Сам же – пидарастная свинья,
Оборотень в милицейской форме.

Баба его плачет от тоски.
Занимала как-то чашку чая.
Я её зажал было в тиски,
Вспомнил про мента, теперь икаю.

Снизу подомною вся семья;
Мама, дочка и мужик плюгавый.
В жизни я не видовал жулья,
Что стреляют много, но помалу.

С боку - музыкальная семья.
Как напьются водовки синюшной,
Сразу вспоминают про меня,
Когда мужинёк их бьёт баклуши.

Я татар люблю, ибо они,
Средь моих соседей - чудо жрицы.
Как же они страстны в забытьи,
Юные бухие баловницы.

Почему же я, ****а мать,
Стал объектом дьявольского блуда?
Нужно мне об этом написать
В стиле куртуазного этюда.

Может быть я встал не стой ноги,
Или снег на улице не бел.
Не даёт мне помереть с тоски
Девичий соседский беспредел.

10.02.08. Максим Бланк, поэт из Москвы.