Когда в каждом дереве виден гроб,
А в каждом гребце – Харон,
Закончилось время ошибок-проб,
Попытки твоей второй.
А набело ты никогда не мог,
И правил себя всю жизнь,
Тебе обозначили путь прямой,
А ты по кривым кружил.
Теперь уже прав на ошибку нет,
И муза твоя молчит.
Оплачены полностью газ и свет,
И выброшены ключи.
Но где он, который тебя хранит,
Считает, небось, ворон?
Смотри, не сбивайся. Нельзя, пойми.
Сильнее греби, Харон.
-------------------------------------------------
Когда мы родимся в последний раз,
Все прожитое храня,
Среди переменчивых лунных фаз,
Прошу, отыщи меня.
Я буду, наверно, совсем другим,
Бродягой, дворовым псом,
Я буду слугой твоего слуги,
Болваном мадам Тюссо…
Пребуду я кем-то. А кто-то – мной,
Наивен, ленив и глуп.
Он будет тебя приглашать в кино,
В хроническо-сельский клуб.
Стихами умасливать, песни выть…
Эх, дать бы ему ремня!
…Когда мы родимся хоть кем-то быть,
Прошу, отыщи меня...
Когда мы родимся в последний раз...
© Copyright: Smoker, 2008
Свидетельство о публикации №108012000977
Свидетельство о публикации №108012000977
Рецензии
Саша, добрый вечер!
Не знаю, все ли правильно уловила, но мне отозвалось как-то так:
Первое стихо - тяжелое, как удар в солнечное сплетение.
«Когда в каждом дереве виден гроб, а в каждом гребце – Харон» -
здесь сама жизнь превращается в переправу через Стикс.
И этот образ «оплачены газ и свет» в одном ряду с «выброшены ключи» -
так точно передает тотальную пустоту, когда уже некуда возвращаться.
И финал с этим «сильнее греби, Харон» - не мольба, а приказ себе самому:
греби, даже если не видишь берега.
Второе - на первый взгляд светлее, но по сути так же безнадежно.
«Когда мы родимся в последний раз» - это же не про надежду, а про отчаяние:
просить о встрече, зная, что будешь «бродягой, дворовым псом» или «болваном мадам Тюссо».
А этот крик «Эх, дать бы ему ремня!» - как попытка выбить из себя самого того, кто «наивен, ленив и глуп».
Оба стихотворения - о проигранной битве, но с разной интонацией.
Первое - о принятии. Второе - о нежелании принимать.
Сильно. Очень!
- )))
С теплом, искренне, всегда,
Katri Lomakinidi 06.04.2026 19:49 • Заявить о нарушении
Не знаю, все ли правильно уловила, но мне отозвалось как-то так:
Первое стихо - тяжелое, как удар в солнечное сплетение.
«Когда в каждом дереве виден гроб, а в каждом гребце – Харон» -
здесь сама жизнь превращается в переправу через Стикс.
И этот образ «оплачены газ и свет» в одном ряду с «выброшены ключи» -
так точно передает тотальную пустоту, когда уже некуда возвращаться.
И финал с этим «сильнее греби, Харон» - не мольба, а приказ себе самому:
греби, даже если не видишь берега.
Второе - на первый взгляд светлее, но по сути так же безнадежно.
«Когда мы родимся в последний раз» - это же не про надежду, а про отчаяние:
просить о встрече, зная, что будешь «бродягой, дворовым псом» или «болваном мадам Тюссо».
А этот крик «Эх, дать бы ему ремня!» - как попытка выбить из себя самого того, кто «наивен, ленив и глуп».
Оба стихотворения - о проигранной битве, но с разной интонацией.
Первое - о принятии. Второе - о нежелании принимать.
Сильно. Очень!
- )))
С теплом, искренне, всегда,
Katri Lomakinidi 06.04.2026 19:49 • Заявить о нарушении
На это произведение написано 118 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.