Голгофа

На пепелище чувств и радостей мирских
Свободный дух танцует снова.
Распял материю, мою иллюзию и сон,
Что ж, здравствуй, Крест!
Я снова на Голгофе.

Смотрюсь в себя. О, нет! Не узнаю!
Лицо, измученное злобой,
Тоска тяжелой черною рекой
Из сердца изливалось векового.

Кривое зеркало сомнений и утрат,
В нем мести гнусное очарованье,
Любви не состоявшийся парад,
Жестокость Эго в чувствах насаждало.

Где малодушья стройные ряды,
Поступков подлых обаяние,
Эгоистических наград –
Пример для самолюбованья.

Достойна я и кары, и суда
За то, что я людей лишь обижала,
Я била их, безжалостно кляня,
За то, что мое сердце жить устало.

Борьбой наполнена душа,
Но выбор - то давно уж сделан,
Я исчезаю не спеша,
Висеть лишь оставляю тело.

Предательства и подлости мои
В чужой душе оставили рубцы.
И Эго, гнусное рычание,
В моей душе обретший дом,
Низвержен будет в покаянии
За то, что он измену учинил.
Изменой пропиталась жизнь моя.
Иудой стала, не заметив,

Украла все, что можно своровать,
Паденье вниз свое нисколько не приметив.
Я преступила через долг,
Желаньям разрешив меняться.

Запутать множество дорог
Чужой судьбы, смотреть в глаза
И кары не бояться. Я смогла.
Закон лишь отрезвил меня сейчас.

Как рада я ему в мой смертный час!
Перед лицом Души своей предстать
И существо ее начальное понять.

Я отнимала больше, чем дала,
И разрушала, почти не создавая,
Мне дьявол улыбался, говоря:
«Ну что, поговорим мы о духовной славе?»

Его сарказм был спутником моим,
И с уст не раз моих срывался,
Когда в исканьях Истины людских,
Своей во мне, он властью наслаждался.

Гордыни непомерный груз носить
С собой устало мое сердце.
Конец всему, готова я во гроб,
Лишь где-то смерть замешкалась в рассвете.

30 апреля 1999 г.