Общее

Много ли у нас общего? Наверное, много. Мы оба дышим одним воздухом при одной погоде, только я немного с опозданием, чем она, чувствую метеорологические изменения. Принято так, что вся погода из Москвы медленно и неотвратимо спускается в Воронеж. И как бы не хотелось, приходится смотреть на тот же дождь или снег, на какой, буквально позавчера, смотрела она.
Общее. Общая страна, континент, язык, если хотите, но это всё как-то размыто, никак. У меня этого общего – где-то с 150 000 000 человек, и даже больше. А тут, только я и она… И всё. Когда-то общий перрон был теперь ничей. Я никого там не жду, не встречаю и не провожаю. Она не сходит больше на его керамическую плитку своими туфельками, не протягивает рюкзак весом больше её самой, и не болтает без умолку, делясь впечатлениями о поездке, соседях по купе и ужасной проводнице… Этого больше нет. И перрон теперь чужой. Холодный.
Общее. И где это общее вообще? Где оно начинается и где заканчивается? Что отделяет общее от личного? А может всё личное моё и её – это и есть то самое общее? И пока мы были, всё было общим. И воздух, и земля, и прочее, навевающее сейчас только тоску. И всё, ведь, было. И было хорошо. А сейчас – всё не то и не так. И Мир не туда катится, и погода из Москвы идёт криво, и поезда ходят не к тебе, и не от неё… И где оно это общее?
Смотрю фотографии, и понимаю, что и это уже не общее, а моё. Где-то там – её, но не здесь. Вот я. Вот я пьяный, вот я трезвый, вот я, я, я… А где она? А будто бы и нет. Она везде рядом, но её нет. Её нет в моей жизни, в моём альбоме. Осталась лишь её очертание, образ. А её нет. Каждый смотрящий этот альбом спрашивает: «а это кто», а я, так, говорю: «где?», хотя сам вижу прекрасно кто, где и зачем. Просто тяну с ответом, думая, а кто же она мне сейчас, и что есть общего у меня и этой фотографии, этой фотографии и ней? А ничего уже. Я – это я. Фотография – сама по себе, а она – а что она? А её вообще нет. Та что была – пропала, исчезла. И всё. Вместе с ней исчезло и всё общее. Осталось только одно прошлое. Память. А прошлое – это вообще, такая странная штука: это то, что было когда-то, и что никогда больше не будет. Вот оно у нас общее, то есть общее то, чего нет. Мы делим пустоту. Сосредоточено, размусоливая каждый кадр этого прошлого, делим. А тут дели – не дели, всё равно – ноль в итоге. И умножай – ноль. А уже всё другое. Жизнь другая, взгляд другой…
И вот опять дождь, и опять с Москвы, и снова я смотрю и думаю, что этот же дождь видела она. А где общее?