Лилит

Рука в руке. Веди меня, Лилит.
Теперь я знаю: ты – не госпожа.
Ты чёрный ангел мой, Лилит,
ведёшь ошуюю по тропам, не спеша.
А белый ангел тихо одесную
Хранителем дневным за мной летит.

На нём – печать. Он нем и одержим
меня нести над сетями страстей.
Он мною до заката одержим.
Но луч последний тронет призрак стен,
и он в преддверье скорого рассвета
останется безвольно недвижим.

А ты, Лилит, по лунному лучу,
туда, куда под плотью дух не вхож,
по тонкому, по острому лучу, –
меня, держа за руку, ты ведёшь.
И ночь из бездны чёрным водопадом
стекает по холодному плечу.

Мне так спокойно – грежу или сплю –
мятежный разум в горней пустоте
теряет волю. В грёзах тихих сплю.
Мир обнажён в конечной простоте
и в сложности начальной новоявлен.
Во сне своё безумие коплю.
............
Сгущается, плотнеет звук из тьмы,
и возвещает огненный рассвет.
Лилит, зачем спешишь из тьмы
меня изгнать? Опять разрушит свет
величие покоя, проявляя
кресты на окнах жизненной тюрьмы.

Опять считать листки календаря,
читать в ладонях чуждую судьбу,
и воскресенья из календаря
чернить по красному, и к пущему стыду
прощения просить, не провинившись,
предав невинность совести суду.

А ты, мой белый ангел, для чего
стоишь у двери, запертой на ключ?
Скажи, мой бедный ангел, отчего
мой взор из зеркала так пристально колюч?
Не потому ль, что знает отраженье
тайник с отмычкой, схожею на луч?

Но ты ведь нем… Лишь изредка крылом
меня укрывши, плачешь на плече.
И мне под лёгким, трепетным крылом
тоскливо и печально. Так зачем
меня ты мучаешь? Спасая, – тут же ранишь.
Отдай меня в безбрежие ночей…

Отдай меня Лилит! Пусть навсегда
меня оставит в царстве вечных снов,
где я исчезну прахом навсегда,
разрушив связь кармических основ,
иль, в новую Лилит переродившись,
другим открою мглы ночной засов…

Дай руку мне… Веди меня, Лилит…