Естественное стихотворение

Боль моя,

Боль моя,

ты так часто меня жалела:

я хотел на край света,

а ты ещё не велела.

А вообще я не знал и не думал о том.

Был я маленьким мальчиком

и впустил тебя в дом.

Я подумал о смерти.

Я представил: умру.

Словно с нежной берёзки

содрал я кору.

Оловянных солдатиков

                содрал я своих,

и кубинские марки,

и свинок морских.

Под корою увидел

я течение дней,

видел старых и юных —

видел мёртвых людей.

И себя я увидел —

как по жизни тужу.

Как лежу я под городом

и в кино не хожу.

Я не еду на море,

я не еду в село,

я не вижу, как в городе

всё расцвело.

Я красивые вишни

не срываю с ветвей.

И не ем я вареники

с вишней моей.

Я под городом нашим,

он живёт без меня.

И он всё молодеет

день ото дня.

А во тьме, под землёю,

горит огонёк:

на спине устаю я,

повернусь на бочок.

Буду долго ворочаться,

и устану я спать…

Будет утренний дождик

меня умывать.

Буду слышать подошвы

и сигналы машин.

«Не летят ли снежинки?»

Я под городом.

Блин!

Это очень печально,

там, за тонкой корой…

А я беленький,

шустрый,

я хороший такой.

 …Я заплакал. (Мальчишка!)

Но… вздрогнул мой Мир:

мама двери открыла,

положила зефир.

Тот, обычный,

белый такой,

мягкий, нежный,

со шляпкой двойной.

А мальчишки футбольным мячом

залепили в окно, как лучом.

А старик, что на лавке дремал,

моих свинок ловил,

и все марки отдал.



…Я спою свою песню потом.

Я опять впущу её в дом.



Стало горько мне до того,

что я птичье купил молоко!



Но вкуснее — был мамин зефир.

Пусть войдёт моя мама… пусть вздрогнет мой Мир…



Но зовёт из тяжёлых дум

моя Боль примерить костюм.



И выводит из детских лет

молодого поэта на свет.



Запевай же песню, Земля!

На край света отпускают меня.