Чужие жизни...

Они жили в сети. Мало того, они жили в разных городах.

Написанные кем-то строки удивительно точно легли в размер моих ощущений, как подходила туфелька для Золушки и как подходит она для любой Коровы, когда это ее размер (не все же сказки читать...). Все в жизни относительно. На этот раз относительно меня.

"....между мной и тобой всего лишь полгорода. создающие особую реальность, что нас не существует вовсе. друг для друга. слова, которыми мы иногда обмениваемся – лишь пародия прикосновения. это плохая жизнь. это ее недостаток.
то, что мы пишем или читаем – порождения нашей пустоты....
если излечиться и вынуть наконец из себя эту пустоту, что нам останется? мне кажется я знаю ответ ..."

А я не знаю ответ...
А я не знаю ответ?
А я не знаю ответ!
А я не знаю ответ...

Она.
 Задумчиво блуждая по комнате, думала.
 «Надо полить цветы. Ах, да! надо еще сходить в магазин. Я что-то хотела купить…Где он сейчас? Сегодня мы снова увидимся. Боже! Зачем я это делаю? Ведь я не люблю его. Как он там сказал…»ты не единственная и не любимая»..Супер! И после всего этого я снова к нему пойду. Да и он не любимый и не единственный. Тогда зачем все это?»
 Но что-то гложило ее. Что? Не быть «бабой». Она не любила этого. Другим казалась неромантичной, черствой, неласковой. Хотя производила впечатление нежной и воздушной особы. Под теплотой голоса скрывалась жесткая оценка. Всех и вся. «Вот сейчас я так красиво лежу, - думала она. – Мое тронутое загаром тело великолепно смотрится на этих грязных простынях! Он будет сражен!» Бывали и такие. Почти все такие. Поэтому, ей было так неинтересно с ними, со всеми. Она знала результат заранее, читала его в их наполненных животной, вполне понимаемой ею, страстью, глазах. Не-ин-те-рес-но. Ей было все известно наперед. Полуулыбки, случайные касания…А в глазах – пустота, пожирающая их изнутри. Пустота к той, которую они готовы лобызать, а также и лизать сосать и проч, доставляя себе (вполне возможно, что и ей, хотя, сомнительно) животное удовольствие. Нет, она не была против. Очень даже миленько, отрешившись от норм морали и воспитания, предаться таким влекущим страстям. Но после этого оставалось что-то липкое, как-будто ощутимое на теле и в душе ощущение. Как-будто эта пустота, прилипая, как зараза, проникала и могла что-то изменить в ней. Какоетонето. Бррр…А сама так тонко чувствовала НАСТОЯЩЕЕ. Тепло, она тянулась к нему и готова была подарить его тому, кто способен его удержать…Она была хрупким, стыдливым и пугливым цветком. Голубокрылая бабочка, переменчивая и подвластная любому дуновению ветерка…Скрывающая это за толстым, непробиваемым панцирем. Как бесконечно больно позволяла она делать себе. Зачем?...
«Так….Что я надену? Я сегодня кто? Вамп? СпортсмЭнка? Или так, милашка? Машка-милашка…рифмочка… Бельишко. Черненькое? Беленькое? Нет! Нет! Ничего не будет! Это я так! Боже! О чем я думаю!..А о чем тебе еще думать, дурище? Ведь ты не любимая и не единственная!». Фыркнула, улыбнулась своему отражению. Она была в панцире. В доспехах, которые (как она ошибалась!) спасают ее от разочарований..
Она думала о том же, о чем думала в прошлый раз. Она хотела обнять. Утонуть в нежном скольжении его губ. Погружаясь в пульсирующее, нарастающее желание. Она помнила ощущение своих рук, обнимая его широкие плечи. Эту теплоту на внутренней, тыльной стороне ладоней... Биение его сердца, его учащенное дыхание, его желание. Как скрыть это? Как снова не хотеть этого? Как это назвать? Любовь? Вроде нет. Страсть? Нет. Что это? Снова возвращаясь к этой нерешенной теореме, она искала ответ. Ответа не было…
Он.
«Мы снова говорили. Я застал ее в сети. Странная она. Замужем, вроде счастлива. Что она хочет от меня? Я ничего не могу ей дать. А может не могу дать то, чего она хочет. А что она хочет вообще? Такая смешная. Говорит о любви. А какая любовь?! Любовь это когда…А что это, любовь? Я и сам не знаю. Моя логика не дает точный ответ. Ну и пусть! Он мне не нужен! Она снова, в очередной раз «со мной попрощалась»…Забавная такая.. Корчит из себя «сильную женщину», а поддается на мои уловки как ребенок, как девчоночка. Но мне интересно с ней. Она разная. За ней увлекательно наблюдать. Смотреть, как она пытается сдерживать свое разочарованье, когда я, в очередной раз, ей отказываю и как готова бежать ко мне, когда я намекну на «надежду»…
Он думал о том же, о чем думал в прошлый раз. Он не мог не думать о ней. Она была мягка и податлива в его руках, и в то же время, достаточно умелая женщина. Она дарила незабываемые ощущения. Она возбуждала одной мыслью о ней, о ее гибком, хрупком теле, о мягких губах…Бесстыдна и ненасытна…Как снова не хотеть этого? Как это назвать? Любовь? Вроде нет. Страсть? Нет. Что это? Снова возвращаясь к этой нерешенной теореме, он искал ответ. Ответа не было…