Клайв Стэйплз Льюис

Обращение в христианство

Льюис рос в религиозной семье, которая посещала Ирландскую Церковь. В 15 лет он стал атеистом, хотя позже описывал свою юность как состояние парадоксальной «злости на Бога за не существование».[25] Его отход от христианства начался, когда он стал рассматривать религию как рутинную работу и обязанность. В то же время он начал проявлять интерес к оккультизму. Льюис цитировал Лукреция (De rerum natura, 5. 198-9) как один из сильнейших аргументов в пользу атеизма:[26]

Nequaquam nobis divinitus esse paratam, naturam rerum; tanta stat praedita culpa

Что не для нас и отнюдь не божественной создана волей, эта природа вещей: столь много в ней всяких пороков

Интерес Льюиса к работам Джорджа Макдональда был одной из причин его ухода от атеизма. Это можно увидеть в девятой главе его книги «Расторжение брака», в которой главный персонаж, которого можно назвать полуавтобиографическим, встречает Макдональда на небесах:

Сильно дрожа, я стал объяснять ему, что значит он для меня. Я пытался рассказать, как однажды зимним вечером я купил на вокзале его книгу (было мне тогда шестнадцать лет), и она сотворила со мной то, что Беатриче сотворила с мальчиком Данте — для меня началась новая жизнь. Я сбивчиво объяснял, как долго эта жизнь была только умственной, не трогала сердца, пока я не понял, наконец, что его христианство — неслучайно. Я заговорил о том, как упорно отказывался видеть, что имя его очарованию — святость.[27]

В конце концов, он возвращается в христианство, будучи под влиянием аргументов его коллеги и друга Толкина, с которым он первый раз встретился 11 мая 1926, а также из-за книги Честертона «Вечный человек». Льюис решительно сопротивлялся обращению в веру, отмечая, что он вернулся в христианство как блудный сын «с боем, упираясь изо всех сил, оглядываясь по сторонам в поисках пути для побега».[28] Он описывал свою последнюю борьбу в «Настигнутом радостью»:

И вот ночь за ночью я сижу у себя, в колледже Магдалины. Стоит мне хоть на миг отвлечься от работы, как я чувствую, что постепенно, неотвратимо приближается Тот, встречи с Кем я так хотел избежать. И все же то, чего я так страшился, наконец, свершилось. В Троицын семестр 1929 года я сдался и признал, что Господь есть Бог, опустился на колени и произнес молитву. В ту ночь, верно, я был самым мрачным и угрюмым из всех неофитов Англии.[29]

В 1931 году Льюис, по собственному признанию, становится христианином. Однажды сентябрьским вечером Льюис долго беседует о христианстве с Дж. Р. Р. Толкином (ревностным католиком) и Хьюго Дайсоном (беседа изложена Артуром Гривсом под названием «Они встали вместе»). Эта вечерняя дискуссия была важна для события следующего дня, которое Льюис описывает в «Настигнутом радостью»:

Когда мы (Уорни и Джек) отправлялись (на мотоцикле в зоопарк Уипснейд), я не верил, что Иисус Христос есть Сын Божий, но когда мы пришли в зоопарк, я верил.

Льюис стал членом англиканской церкви, чем слегка разочаровал Толкина, который надеялся, что он станет католиком.[30]

Льюис был приверженцем англиканцев, которые во многом поддерживали традиционную англиканскую теологию, хотя в своих работах по апологетике он старается избегать поддержки какой-либо конкретной деноминации. По мнению некоторых, в его поздних работах он придерживается идеи очищения грехов после смерти в чистилище («Расторжение брака» и «Письма к Малькольму»), которая относится к учению Римской Католической Церкви, хотя также широко распространена и в англиканстве (в основном, в кругах Англо-Католической Церкви). Несмотря на это, Льюис считал себя абсолютно традиционным англиканцем до конца своей жизни. Он отмечал, что изначально посещал церковь только ради причастия и не воспринимал гимны и проповеди, которые были не слишком хороши. Позже он считал честью для себя поклонение с верующими, которые приходили в потертой одежде и рабочих ботинках и которые пели все стихи и гимны.[31]

Различные критики предполагают, что тем, что в конечном счете заставило принять его христианство, был страх перед религиозным конфликтом в родном Белфасте. Как говорил один критик, Льюис «неоднократно превозносил достоинства всех ветвей христианской веры, подчеркивая необходимость единства христиан вокруг того, что католический писатель Г. К. Честертон называл „просто христианство“, сути догматов и убеждений, которые разделяют все деноминации». С другой стороны, Пол Стивенс из университета Торонто писал, что «просто христианство Льюиса скрывало под собой много политических предрассудков старомодных протестантов, свойственных среднему классу Белфаста»