Как в откровеньях старой клячи
глубоких смыслов не сыскать,
так и в истошном детском плаче
победный клич не слышит мать.
И открываем наудачу
кастрюлю с варевом чужим,
и на вопрос
"а был ли мальчик?"
дремуче лыбится мужик.
А на ладони, как на блюде,
нарезкой тонкою душа
слезой подёрнулась.
Парша
съедает темя алкаша,
и там, похоже, обоюдно.
Отрава целый материк
легко до острова обгложет.
А он её обматерит
своею лирикой рогожной
и ближе к ночи по ****ям
за новым
пылким вдохновеньем
или уйдёт ко всем чертям,
ножом вычёркивая вены.
Свидетельство о публикации №107040102442