Стражник

По опавшей листве, по широким аллеям иду,
Задыхаются листья в ночном одряхлевшем саду,
Кто завидует участи их, превратившихся в прах,
Станет сам незаметным в саду безутешном впотьмах.
Не встревожит тебя, проходящую мимо ветвей
Сумасшедших деревьев, меж листьев шумящих сильней
И стихающих не потому, что их чествует тот,
Кто стоит за спиною заката, что сменит восход,
Впредь ненужных отбросив всех мертвых своих снегирей
Чтобы стала земля беззаботнее, но тяжелей
И грузней, чем была до того, нет и не потому,
Что уходит звезда за звездой в полуночную тьму,
Разбиваясь, уйдя в этот город страданий твоих
Безутешных деревьев, ложащихся медленно в стих,
Одевающий листья сухие в сентябрьскую грусть,
И ложащийся листьями мертвому стражу на грудь,
И опять оживающих, это все ты, это ты
Оживаешь и слепнешь среди той ночной слепоты
Сумасшедших деревьев, идущих среди темноты.
Тот полуночный стражник уже не проснется, увы,
Огражденный от глаз ненадежным шуршаньем листвы,
Только тени деревьев безруких, как прежде, правы.
Так пожалуйся им, что здесь некуда спрятать шаги,
Чем наполнишь ты лес, где, как прежде, не видно ни зги,
Здесь не видно ни зги, озаряется сумрак окрест,
Ты идешь, как свеча, и вздымаешь пространство, как шест,
Обращаясь к тому, кто, вздыхая, уходит из мест,
Где покрыты суровою пылью, как прежде, торцы,
Где летают багровою былью, как прежде, скворцы,
Чтобы блеском и плеском мерцающих крыльев помочь
Стать ему безупречным, как эта беззвездная ночь.
А когда, завершив ненапрасный, быть может, свой труд,
Устремившись в пространство, глухое молчанье сотрут,
Сумасшедшие вестники шума на крыльях своих,
Не задевши деревьев, ложащихся медленно в стих,
Обступающий это пространство глухое кругом,
Я проснулся и, дверь распахнувши, покинул свой дом
И услышал: в ночи ты кричишь, но твой голос, увы
Смят, отброшен. отвержен немолчным шуршаньем листвы.
И, когда черный сумрак пространства двоился в глазах,
Он с охапкой листвы появлялся, как прежде, в слезах
И бросал в темноту этих листьев трепещущий прах,
И сквозь страх я расслышал, что он говорил, проходя
Сквозь безжалостный строй, сквозь суровую правду дождя.
Кто сумел на ветру не отречься в слезах от лица,
Тот, в леса устремившись, увидит внезапно скворца,
И скворцу тот наряд тяжелеющий будет к лицу
В полумгле, но рассвет предрешен, все стремится к концу,
Все стремится к концу, кто- то быстро шагает сквозь гром,
Кто-то прячет лицо в безутешном пространстве глухом,
Он, безжизненно тая, как свечка, становится сном,
По листве уходя, исчезая во мраке ночном.