Я всё поставил под сомненье

Я всё поставил под сомненье
И мир, как должное, принять
Я не могу. Но есть терпенье,
Чтоб верить в жизнь, смотреть и ждать.
Мне трудно. Я порой срываюсь,
Бросаю всё, махнув рукой,
А после снова возвращаюсь
К себе – такой же и другой.
Никто меня ещё не знает,
И я не знаю никого.
Кровь постепенно остывает,
Душа отходит от всего.
Я вижу лица на улыбках,
Где был реален только вкус
Их мягких губ, и было пыткой
В себе держать такой искус.
Но я извечный знак вопроса
Устало ставлю на конце
И отдаюсь метаморфозам
В случайно выбранном лице:
Глотаю слёзы глаз, прикрытых
Предсмертным вздёргиваньем век,
Не слыша слов, давно забытых
Тем первым ртом, кто к ним прибег.
Я жду единственную фразу,
Мне объясняющую суть
Пути, который мне указан,
И срока, данного на путь.
Ведь на пространство и на время
Уже наложен был предел,
Когда я ставил под сомненье
Значенье кажущихся дел.
Но чтоб узнать про это, надо
Терпеть всю жизнь и, уходя,
Принять спокойно смерть как благо
Освобожденья от себя.

январь 1992