А я совсем не умею петь...

Некрасивая вовсе девушка пела о боли –
И ей внимали все, кто когда-то любил…
Холодные стены людской неволи
Костёр, в котором она сгорела, разбил…

И она в пепле растаяла, будто и не была,
Будто песня её нам только приснилась…
А ведь жила, она когда-то жила…
И похлеще всех нас в агонии билась…

Участь её – незавидная участь…
Когда-нибудь то же случится со мной.
Я умру так же вот, жутко мучась,
Только мне суждено умереть одной.

Я не умею петь… Даже говорить не умею…
Всё, что могу – это слагать стихотворения…
Я в тишине живу и уголёчком тлею
Целую вечность между двумя мгновениями.

Мне, наверное, мало осталось…
Хотя не болею, но смерть чересчур близка…
Это простая усталость, от всего усталость…
И тоска, по несбывшемуся тоска…

Когда умела, тогда я рисовала…
Ещё писала стихи, когда было плохо…
А петь не умела, потому что горло устало
Кричать от первого и до последнего вздоха…

А теперь я творить, видимо, разучилась:
Чересчур привычны «окровавленные зарёй облака»…
А надо так, чтоб пространство разбилось
И небо хищником прыгнуло свысока…

Я потеряла веру даже в себя… потеряла…
Исповедуюсь солнцу, дарящему смерть,
Чтобы светом своим оно меня осмеяло
За то, что всё же страстно хочу петь…