Гамлет в жёлтом

-осмелюсь... Гамлет?
 вот искусство жить,
 вот - умирать.
 Ваш выбор?
 выбор быть?..
 хотите вы мне что-нибудь сказать,
 грехи быть может?
 может, может быть?..
 начнём сначала,
 может быть с конца?
 но, будущему прошлого не смыть,
 давайте с середины,
 от венца
 лаврового к терновому спешить.
 ну что же, начинайте.
-я боюсь...
 боюсь сказать с тех самых пор, как нем,
 последней исповедью вам клянусь,
 ведь больше нечем клясться у небес.
 её любил, Афелию мою,
 но только мысли шли наперерез,
 она лгала, что может быть, "люблю",
 но лишь мгновенье, я же лгал весь век.
 я лгал другим, я лгал себе, я лгал.
 и правду видеть не хотел в отрез,
 мою любовь, мой ангел пожирал,
 в моей душе тогда ютился бес.
 но тихий, тихий демон - тишина,
 бездействие, закутанное в «нет»,
 рождало, строки, мысли и слова,
 на протяженьи долгих, долгих лет.
 она любила "нехотя" других,
 хоть слово "нехотя" казалось только мне,
 не мог смериться с тем, что нам "не быть",
 печаль свою, я утешал в вине.
 вине пред всеми, жалостью себя,
 любовь несчастна, бедная любовь,
 но только кто, несчастной сделал, я
 ее, убив, в себе убив, и вот...
 мне всё казалось черно-белой мглой,
 ее, развеяв в тысячах страниц,
 сшивая сердце золотой иглой,
 я утопал в мечтаниях ресниц.
 она пыталась сделаться родной,
 как с лучшим другом заводила речь,
 но я кричал, кричал и демон мой,
 что нам не быть и мысли нужно сжечь.
 я в ревность рвал мечтанья на куски,
 реальность жёг, себя, сжигая в прах,
 я умирал стократно от тоски,
 от пустоты, что сам себе воздав,
 заполнил всё разбитою мечтой-
 -безумием проваленных глазниц,
 как вдруг, явился призрак предо мной,
 мой призрак, мной написанных страниц.
 он говорил и голос уши рвал,
 он говорил в предчувствии десниц,
 он говорил о том, что не сказал,
 тогда себе я в путанице лиц.
 и я просил, просил его молчать,
 а он "Ты что же! хочешь лгать и тьме!?
 я лишь пришёл, пришёл тебе сказать...
 смотри! смотри! что сделалось тебе!"
 он засмеялся и исчез впотьмах,
 и только дрожь бежала по спине,
 тогда я поднял, поднял этот прах,
 который по сей день стучит во мне...
 
 ну вот, пожалуй, нечего сказать,
 одно прошу, Гораци жалко мне...
 Афелию? хочу ли я страдать?
 нет, я люблю, до окончанья дней.

-н-да, больше Фауст, надо вам сказать,
 ну что ж входите, раз пришли.
 по мне?
 все будет в норме.
 отведи его.
 ну что ж, давай Афелию ко мне...