Мистерия - Дети Феникса

А тот, который шепчет мне,
что нет «любви наполовину»
и дарит нож для «мести в спину», —
пускай горит в своём огне!..
****************************

1.
...
...

Довольно, ночь тревожить матом,
вином бокал свой наполняй,
чтоб разум голосом хрипатым
устроил чувствам нагоняй.

Чтоб гнев и скорбь, бессилья дети
в угаре пьяном обнялись
и позабывши о вендетте,
слезами яда излились.

Чтоб этот подлый дух сомнений,
страстей, резвящихся в крови,
пал жертвой винного прозренья,
стал дымом выжженных долин.

Чтоб засверкали мысли-трели,
как после дождика стекло,
чтоб звёзды вечностью согрели
усталость сердца моего.

Пусть боль рифмует эти строки,
резвится словом, как мечом,
чтоб я, во власти правды Локки,
не стал под утро палачом…

2.

Как с пищи, с красоты снимаем пробы,
страдая несварением любви…
Порой, от колыбели и до гроба,
герои не становятся людьми!

За светлым ликом маски величавой,
рубцы боёв на страждущей душе.
Мы грезим лаской жизни, как отравой!
Так ведьмы алчут кровь на шабаше!

Торим пути, куда-зачем, не зная,
вином наивность совести терзая,
а на привалах звёзды-старики
толкуют судьбы грёзам вопреки…

3.

В былом и грядущем, во времени ныне,
мы чувствуем: образы лгут!
Чьё слово не ветер? Кто в мыслях невинен?
Где нас проклинают? Где ждут?

Блукаем по грани, меж тьмою и светом,
стыдясь наклоняться к цветам,
мечты – словно спички к сырым сигаретам,
а бедами кормится храм.

Нас радуют штормы нелепых событий,
нас манят скала и волна.
Наш бог обезличен, наставники сыты,
а чаша терпенья полна!..

4.

Как смерть извивается в муках рождений,
как ночь вожделеет рассвет, –
исполнен мужчина любовных сомнений,
а женщине нужен ответ…

5.

Какой же чародей вином упился,
чтоб этакую сказку сочинить?
Сначала принцы учатся грешить,
потом они пытаются молиться,
а спящим, нецелованным девицам,
в пещерах, так похожих на гробницы,
любви не испытать, – она лишь снится…
И некому сей опус разрешить!

6.

Влюблённость в образ – незатейливое чудо,
но для души – весьма коварная болезнь:
от хлада мыслей безответности-простуды,
до пылкой веры в платонический протез…

7.

Когда не видишь смысла и дороги,
когда твой мир висит на волоске, –
оставь мечту… Она сама находит
тропу судьбы на жизненном песке.

Прими простую истину приятель:
пока ты грезишь о былой любви,
проходит срок живительных объятий,
а дальше блюз со смертью, визави.

Учись у женщин: мир твоих мечтаний
их не прельщает звонкой пустотой.
Они живут в реальности желаний,
где принцип не-затейливо-простой:

что не телесно, – глупо и не честно,
милей живая ласка во сто крат,
играть в любовь, – бесспорно интересно,
но интересу важен результат!

Ответных чувств… внимание достойно,
и, лишь заботу, нежность одарит.
Что толку в духе смутном, беспокойном?
В нём силы вод не чувствует гранит…

8.

А, что мужчина? – чужд ему покой.
В нём не вода, но луч живого света!
В его полёте, радости мирской,
что в молнии, упавшей на планету.

Планета женщин, – часть его мечты,
за малым сроком, – миссия не вечна:
успеть проникнуть в лоно красоты
и растревожить женское сердечко.

Вот вся премудрость бренного пути:
наполнить светом, мрака половинку!
А может мрак… во светлое впустить?!
(здесь женщина закончила картинку)

Как разны наши мысли и дела,
так слишком велико стремленье слиться!
Но здесь уже колдунья веселится,
по-своему сюжет переврала, -
продолжила трагедий вереницу:
«стать целым», - для влюблённого орла,
не то же, что «быть сытой», - для тигрицы…

9.

Кровит любовное смешенье,
затихли долг и страсть, устали…
Палач-рассудок ждёт решенья:
кто станет жертвой мудрой стали?!

Какое сердца воплощенье,
падёт безропотно на плаху?
Вердикт не будет прегрешеньем –
любви не жить рабыней страха!

Зачем достоинству прощенье?
Каким богам о двух молиться?
Одно мне служит утешеньем, –
нет сил предательству учиться…

10.

Тебе придётся истину принять:
любимая твоя – теперь чужая…
Иначе, будешь небо обвинять
в бессильной  невозможности понять:
зачем так медлит смерть, круги сужая?

...........................

Как вышло так, что стал не вправе ты
менять событий ход своим желаньем?
Когда, рабом иллюзии-мечты,
отдал любовь судьбе на растерзанье?

Как можешь рядом с ангелом ходить? –
подругой жизни, смыслом откровений,
не смея видеть, слышать, говорить,
питая страхом хищный рой сомнений.

Вопросов бездна, ты в ней одинок…
Гадалки лгут, что мир чертовски тесен!
Один ответ – увы – один итог:
ты стал любви, своей, не интересен.

Ты можешь биться зверем под луной
и сердце рвать на трепетные части,
но над любовью женщины земной
мужчина не имеет права власти…

11.

Связать три нити воедино
с любовью сможет лишь творец
своей судьбы, её причины…
(в исходе зиждется конец)

Он видит следствия, итоги
и слышит каждый ложный шаг
в тиши пустыннейшей дороги,
где одиноки друг и враг,
где ждёт мужчину выбор чести,
где каждый волен быть собой,
но так доступно право мести
и свята ревность простотой…

Душе незрелой, – плод незрелый,
вкушать полезней и сытней?
Как много юношей сгорело
в горниле праведных страстей!

Как много их, предавших выбор
свободной искренности чувств,
прелюбодействовали сыто,
вином дурманя совесть-грусть,
и на коленях, пред устоем,
читали с ветхого листа
молитву рода: «Будь покоен,
и станет кровь твоя чиста!
Рабу, лишь небо выбирает
из жен посильную, одну:
она и страсть его впитает,
и грех разделит, как вину».

...........................

Мудрей ли сердца отстранённость
и леденящий волю взор?
Их беспощадная надменность
и безучастность,  – мой позор…

12.

Бог создал розу так умело, –
принцессой в родине цветов,
но шип её всегда готов
взять крови тех, кто жаждет тела,
лишь нежных, хрупких лепестков…
Иль цвет один, в её нарядах,
смог разглядеть в кромешной тьме,
учуять, лишь волшебный запах…
Претит ей узость дефиле
в ленивых чувствах, цепких взглядах!

Так и для женщины живой,
как для непознанной планеты
важны вниманье и настрой
души мужчины… Канут в лету
все те, кто хочет обладать
лишь мимолётным вожделеньем,
способные красиво лгать
заплатят кровью за везенье
цветы непознанные рвать…

Что хочет женщина? Всё просто:
принять творца – её удел,
того, кто будет сердцем смел,
под кем граниты станут воском!
Того, кто Фениксом прекрасным
сгорит, верша свою любовь,
чья жертва будет не напрасна!
Он возродиться солнцем вновь
по просьбе любящей… У них
есть право, – воскрешать живых,
а мёртвых, – подвергать изгнанью
одним недлительным касаньем…

13.

Нужно ль продолженье тревожной беседы,
с тенями и бликами сумрачных снов?
Рассветным туманом, – дымок сигареты.
Рождение солнца не требует слов.

Закончилась ночь и затихли советы
шуршащей листвы на ветвях тополей.
Как тихо деревья прощаются с летом…
Должно быть, деревья, смелее людей…


* художник – Boris Vallejo