Ах, милый друг!..

Ах, милый друг!
К чему Вам бабьи слёзки,
Пусть даже местной Сольвейг?
Ей Анитра
Мерещится повсюду и всегда.
Так, полу-норка,
Но слегка – ондатра.
Таинственна. Готовится к прыжку,
Чтоб вызвать вопль
Отчаявшейся чайки,
Которая не только в небо хочет,
Но для начала – из кривых зубов.
Ты вырвался. А я осталась в клетке.
И слёзы эти – по тебе, конечно,
Но больше – по свободе. Так и знай.
С тех пор и полюбился беспорядок –
Салат из книг, колготок и тетрадок,
Стихов сумбурных, жёванных кассет,
Обрывков недосказанных бесед,
Да и всего, что так напоминает
Тебя… И этот двухсерийный фильм,
Где Саломея, дочь Иродиады,
Отплясывает свой кровавый танец.
Ты иностранцем стал.
Но не прошло!!!
И мне бы не потребовать взамен
Ни головы, ни языка чужого,
Ни Ирода, ни брата твоего.
Бардак в душе. На Родине.
Однако, я не умею больше умилять.
Гоняюсь, будто за хвостом собака.
Забыть? Запомнить?
Заново начать!