Казнь

за костром три креста
с одним концом
вроде мертвеца с лицом
волосатым лицом отца
и голосом певца

Он пел, открывая рот.
Многие пришил посмотреть что будет.
Многие не слышали и думали что он рыба.

ОН:
небесные ставни
открылись вы рано
хочется мне
смотреть обомлев
на дикие органы дев
хочу плясать
и органы дев целовать

Многие снимают его с пагубного места.
Но он не может идти. Конечности онемели.
Ему их натирают салом и пускаются в пляс.
Он не грустит. Он суставами хрустит.
Почти все используют этот хруст как музыку.

ПЛЯШУЩИЕ:
что за чудо эти звуки
наши руки наши внуки
пляшут дети пляшем мы
источая пот земли
змейки вьются как водичка
без сознанья бьются птички
наши органы цветы
разбухают вдоль травы

ОН:
я смотрю
я вижу радость
поглощаю глазом сладость
упоение развратом
наполняет мысли ватой
голова теперь подушка
буду слушать крик кукушки

Он перестает хрустеть суставами и слушает отдаленно доносящийся
крик кукушки, которая в лесу. Кукушка замолкает.
Он мучеется, потому что ждет смерти.
Он превращается в мученика.
Пляшущие без музыки останавливаются и вспоминают зачем пришли.
Они вешают человека изображавшего оркестр
обратно на крест и лаская, друг друга, расходятся по домам.
Мученик размышляет последнюю мысль.

ПОСЛЕДНЯЯ МЫСЛЬ:
был оркестром
стал я тестом

Закипели чайники.
Наступила глубокая ночь.