Налей вина полней гарсон
хочу о родине я память в бокале терпком утопить.
Хотя ведь знаю то пустое, не выкинешь былого прочь,
и не каким хмельным угаром я не смогу себе помочь.
Я за кордоном уж давно, и кануть всё в лета должно,
но не даёт покой родное, и память гложет все ровно.
Вот как сегодня средь ночи, под робкий стук дождя капели,
мне рощица берёз приснилась, и птиц весёлые в ней трели.
Приснился луг где по утру, трава росою серебрится,
заросший тиной древний пруд, а над водой туман клубится.
Околица родной деревни, от куда тропка в храм ведёт,
где колокольный перезвон, к обедне люд честной зовёт.
Заброшенный погост приснился, кресты заросшие травой,
да несколько холмов могильных, с оградой уж почти гнилой.
Где мать с отцом уже давно, со светом божьим распростились,
на том клочке земли сырой в упокоенье приютились.
Ты говоришь, к чему страданья? в той ностальгии блажь пустая,
быть может в этом ты и прав, но плачет всё ж душа дурная.
Всё рвется к берегу родному, не может родину забыть,
и от того я брат страдаю, аж хочется по-волчьи выть.
По этому налей скорей, уж тяжело мне трезвым быть,
хочу напиться в усмерть я, о прошлом во хмелю забыть.
Хотя ведь знаю то пустое, не выкинешь былого прочь,
и не каким хмельным угаром я не смогу себе помочь.
Свидетельство о публикации №106050302805