Сказка - Вьюжень из племени лесовиков

 В лесу, называемом его обитателями Великим, или просто Лес, жило людское племя - лесовики.

Почему "лесовики"? Наверное и ежу понятно.

 Жили себе, не тужили, коренья собирали, шишки срывали, ягоды искали, порой бывло что и мясом разживались: зверей диких загоняли в ямы вырытые, а затем каменьями тяжелыми их забивали.

 И всё хорошо у них было, всё славно. Пока не появился среди них неуёмец - тот, который пытается всё сделать не так, как все, как считается "правильно". А КАК правильно, то знал наследственный голова, прозываемый Шышаком (сам себя он именовал, и другим настойчиво советовал - Большим Шышаком). И было у него двое Ближних - Слизень и Подлизень.

 А неуёмца того звали Вьюжень - оттого, что с самого детства он был подобен сильной зимней вьюге, всё что-то выдумывал, всё что-то придумывал, да такое, что остальные просто головами качали.
 То силки охотничьи выдумает и потом весь в мехах ходит в студенные поры, а то плетенки придумает, "корзинами" названными и внаглую ягоды да орехи потом больше всех собирает, запасы делает. А то и с подземниками общий язык нашел, теперь и вещицу у себя серо-голубенькую имеет, "ножом" называемую. Нехорошо всё это, не по заветному.
 Вот ведь неуёмец, одним словом!

 А недавно чего удумал! Непотребство, одним словом.
 Выдумал, что простой лесовик летать может! Ну, то есть, аки птах какой пернатый, коий и заботы не знает как это - по земле ходить.
 
 Терпели это лесовики во главе с Большим Шышаком, да и пришел конец ихнему терпению. Да и то правда - сколько ж можно над людьми-то надсмехаться! Собрались они, значит, большим сходищем да и пошли к Вьюженю - разобраться что к чему, да и убедить малохольного, что живет он неправильно, не по-заветному.

 Подошли, значит, к вьюженому дому на дубу расположенном, взошли по сутпеням широким и постучали в дверь крепкую (на "петли" какие-то поставленную!).

 Открыл им сам хозяин, оглядел всех, бороду оправил и молвил добродушно:
 - Приветствую вас, соплеменнички. Какое ж дело срочное привело вас ко мне да еще в таком количестве, да еще и с Шышаком во главе?....
 - С Большим Шышаком, Вьюжень! - проскрежетал тот. - Прошу не забывать!
 - Ну-да, ну-да. - усмехнулся в бороду Вьюжень. - Ну что ж, не на пороге же вас держать. Входите, будьте гостями в сём скромном жилище. - и отошел, пропуская гостей нежданных да незванных.
 - Ничего себе - "скромном". - проворчал Слизень. - Да тут все лесовики поместятся да еще местечко останется. Ох, не по-заветному это.
 
 Когда вошло всё сходище за Большим Шышаком, Слизнем и Подлизнем, да разместилось по лавкам и вдоль стен, да сам хозяин умастился на стуле с высокой массивной спинкой, что посреди обширной горницы стоял, спросил Вьюжень:
 - Ну и с чем же вы пожаловали ко мне, люди добрые лесные? Не упомню я что-то такого ко мне интереса. Не помню, как говорят побережники, такого ко мне добродушного расположения масс людских.
 - Ты брось это! - гневно зыркнул на Вьюженя Шышак. - Хватит ужо по-ненашенски
глагольствовать. Хватит ужо изрекаться на небытных языцах! Нету никаких побережников! Нету никакого "брега морского"! Надоели нам сказочки твои! Надоело нам непослушание твое! И выдумки твои незаветные! То петли какие-то, зверей видишь ли, ловящие! То плетенки твои слабоумные! Где ж это видано-то, а?! Ходит, собирает больше всех ягод да орехов! Соплеменников своих обирает наглецки! А подземники эти?! - завелся Шышак. - Они только в сказках да баляках бабских существуют! Выменял, видишь ли, он штуковину у них, "ношшом"
названную!...
 - Ножом. - спокойно поправил Вьюжень.
 - А ты не перебивай! Не перебивай тех, кто истину знает! - завёлся Шышак. - Нету никакого такого "ножа". Выдумки всё это! Нету никаких подземников - сказки всё это! Штуковину сию откопал где-то да гордится теперь, неуёмец!
 
 Шышак разошелся не на шутку, остановился, передохнул чуток, осмотрел притихших лесовиков, нашел поддержку в молчании их да продолжил:

 - Про "снеготупы" твои молчу ужо...
 - Снегоступы. - также спокойно поправил Вьюжень.
 - Молчи, малохольный! - рассердился уже Шышак. - Штуки свои дурёцкие сломай и выкинь! Не по-нашецки это - по снегу спокойно ходить, когда другие по пояс в снег проваливаются! Не по-нашецки это - запасы на зиму делать! Ходи как все в стужу, да коренья откапывай! Да не забывай Головному Совету и Ближним его мзду отдавать!

 Вьюжень сидел, спокойно и как-то отрешенно смотрел на кричащего голову. Даже щеку кулаком подпёр.

 - И вот! - подошел Шышак к главному, - Вот, что удумал он напоследок, неуёмный! Видишь ли, летать люди могут! ЛЕТАТЬ! - прокричал голова.

 - Не бывать тому! Всякие заветы ужо нарушены тобой, слабоумный! А ведь завещано нам: живите в землянках своих, не взыщите сверх положенного вам людьми думающими! А люди сии - голова да Ближние его!
 - Да! - поддакнул Подлизень.

 Шышак уже не кричал даже, а истерично визжал.

 - Не могут люди летать! Не смеют! Я так сказал! Я и все, кто пришел к тебе!

 Лесовики понуро молчали, потупив взоры, выражая своё согласие.

 - Я.... - снова начал было Шышак, но был прерван Вьюженем:

 - Довольно, гость незванный! Хватит! Это мой дом и я здесь хозяин!

 Вюжень поднялся со своего места и гневно зыркнул на осекшегося голову и Ближних его - Слизня да Подлизня.

 - Не могут летать, говоришь?! - продолжал Вьюжень и развернул за спиной своей большие крылья - едва не касавшиеся лиц оторопевших лесовиков, что расселись по лавкам у стен. Крылья сии были из темных перьев лебединных. Они казались живыми и трепетали, словно всю жизнь были на спине у Вьюженя.

 - А как же это тогда назвать?! - хозяин дома пружиннисто оттолкнулся от пола и завис под крышей, опираясь на могучие крылья свои.

 Повисев немного, он спустился обратно на стул с высокой спинкой. Сложил крылья, устроился поудобней и продолжил:

 - Ну так как, Шышак? Что же это было-то?

 Голова с трудом справился от вида такого, рот свой прикрыл, ибо непотребно это - стоять, рот открыв глазеючи.

 - А... Э... Кхммм...

 - Ну, слушаю тебя, премудрый. Чего ж ты? - недобро усмехнулся Вьюжень.

 Но Шышак уже пришел в себя, не даром жеж он головой-то был.

 - Хватит, говорю тебе, неуёмец! Помутнение это было всеобщее! Не летал ты, а глаза нам всем отвел!
 - А как же тогда, - вновь прервал его Вьюжень, - те, кто поверил в это? Те, кто как и я, летают уже? Их-то уже человек двадцать наберется - не я один.

 - Оболваненные тобой юнцы! - гаркнул Шышак. - Видали мы их, пятеро уже шлепнулись наземь!
 - Значит всё-таки они летали? - вновь усмехнулся Вьюжень.

 Шышак аж слюной поперхнулся, вывод был сделан верный, но не такой, какой надо.
 А Вьюжень продолжал тем временем:
 -Да, шлёпнулись они, не спорю. Ибо летать еще не научились и поторопились сделать это. Пятеро шлепнулось, так четверо из них вновь пытаются и, вона, Коростень летатет уже снова.

 При этих словах Вьюжень показал в окошко по левую руку в стене расположенное. Все лесовики повернули головы свои в направлении том и увидели Коростеня летящего, крыльями сильно да пока неуклюже махавшего.

 - Морок всё это! - ожил вновь Шышак. - Не верьте, люди лесные, заветам послушные! Нету там никого! Это птица, али облако! А Вьюжень просто окурил горницу свою травами разум туманящими и мерещется вам невесть что!

 Вьюжень усмехнулся. Жестко, немного зло.
 - Так пойдем на простор лесной выйдем, Шышак. Там ветер и воздух свежий. Если, конечно не стоит под древом Сивух, что коренья всякие без разбора потребляет, а после свои ветры пускает.

 Лесовики тихонько, но искренне рассмеялись. Напряжение спало немного после шутки высказанной. Все знали Сивуха, вечно он жевал что-то и постоянно потом воздух отравлял вокруг себя ветрами внутренними.

 Вьюжень вышел за дверь и лесовики вслед за ним. Шышак, Слизень да Подлизень, недовольные, вышли последними.

 А сказать надобно, что у дверей дома вьюженева имелось крылечко над землей расположенное.

Крылечко сиё обширное было, так что всё скопище лесовиков к Вьюженю пришедшее без труда там разместилося да в кучку сбилося, доверчиво на Вьюженя глядючи. Но протолкался вперед Шышак с Ближними, зыркнул зло на всех и сразу очи лесовики потупили. Потупили-то, но не все, нашлись и те, кто отмахнулся от злобы и скрежета зубовного, коими Шышак всех напугать хотел и без страха уже смотрели они, прямо держа головы.

 - Соплеменнички! - начал Вьюжень. - Кто хочет, может туточки остаться, а кто снизу хочет посмотреть - прошу спуститься. Для чистоты эксперимента, как гости заморские говаривают.

Отделилась от скопища часть большая да и вниз спустилося, а с ними вместе Слизень да Подлизень пошли, повинуясь жесту шышаковскому. Остальные с Шышаком вместе наверху осталися.

Тут Вьюжень вновь крылья свои расправил - темнопёрые, живые, к спине притороченные.

Расправил да и сиганул вниз, у лесовиков некоторых аж вздох из груди вылетел от поступка такого - крылья-то оно и крылья, а как расшибётся Вьюжень? Ни за что, ни про что можно сказать. Вот ведь голова неуёмная....


А Вьюжень уже вверх метнулся, мимо лесовиков оторопевших, над деревьями покружил, над соплеменникми пронесся, что внизу скопились, щелбана Подлизню на лету дал, рассмеялся да и обратно на крылечко опустился. Улыбался Вьюжень и глаза его смеялись.

 - Ну что, Шышак? Довольно тебе?

 Голова стоял весь бледный от ярости сдерживаемой, со всей силой в посох свой кривой вцепился и глаза-колючки во Вьюженя вперил. Потом отшел немного:

 - Похабник! - прокричал Шышак. - Не было ничего! Сымай крылья, не морочь головы!
 - Так значит есть они - крылья-то? - прищурился Вьюжень.
 - Ап..... ап.... ап..... - хватал ртом воздух Шышак. Вновь вывод был сделан правильный, но непотребный. - Нету ничего! - взвигнул он.- Нету! И тебя тоже нету! Морок всё это! Наважденье! Не смотрите на него, люди добрые, обман всё это!
 Голову уже трясло всего, он уже коленца причудливые выделывал, словно трясучкой пораженный.
 - Все вниз! - кричал он. - Все спускайтесь и не подходите больше к дому проклятому и к тем, кто попался на слова дурманящие! Нету их больше и не было никогда!

Тут, видать, Вьюженю надоело терпеть уже и отвесил он Шышаку такого пинка, что тот кубарем с лестницы скатился и оземь грохнулся. Лесовики внизу стоявшие от страха онемели все, широко раскрытми глазами на него глядя. Остальные тоже поспешно вниз спутилися друг друга подталкивая. Да только трое там осталося, Вьюженю поверившие, и их после Шышак проклял и сказал, что не существовало их никогда доселе.

 А когда завечерело, то собрал голова Совет и согнал всех лесовиков на поляну заседательства, и сказал, что нет никакого Вьюженя, нету и тех, кто с ним снюхался, всё это обман, морок и отвод глаз, и оттого, наверно, что лесовики слишком много есть в последнее время стали и слишком мало податей Совету и Ближним его отдавали.

 На том и порешили - держаться подальше от неуёмцев и следить за детьми своими, чтобы не пропали как те, которые..... Да которых и нет в принципе. Мудренно говорил Шышак, непонятно, но все с ним молчаливо согласилися.

 А Вьюжень и остальные неуёмцы летали над ними и смеялись, а кто-то и камешками стал Шышаку в маковку метить. Но голова не поддавался на уловки эти и говорил, что ничего не происходит, что непотребно в небо смотреть - в земле ковыряться надобно, корешки съедобные выискивая.

Так и повелось с тех пор у лесовиков - нормальные люди делали то, что и всегда делали, что завещано Советом было, а неуёмцы в небе летали и остальное всякое выдумывали, и жили по-своему...... Но их как бы и не было вовсе.


Рецензии