Судите меня!
Судите меня! Я – убийца! Вот кровь на руке.
Моя авторучка уж очень похожа на ножик.
Чернильной чертой перерезал я горло строке.
Как финкой, чернильной чертою строку уничтожил.
Строка, что повержена мною, богиней была.
Зачем же вчера ту строку я душил, как Отелло?
Не нравилось мне, что она чересчур уж смела,
Что слишком, по-моему, искренней быть захотела?
Поэты, не правьте, своих задушевнейших строк:
Они ведь похожи на вены, где кровь протекает.
А бритвой по венам черкнуть – ну какой же в том прок?
И кто вас, поэты, на глупость такую толкает?
Не нужно причёсывать мыслей девятый свой вал!
С такою мольбой я опять обращаюсь к поэтам.
Порою и Пушкин черкал и слова убивал.
Но знает ли кто-то, как сердце терзалось при этом?
Свидетельство о публикации №106040401170