своя весна...

Скоро наступит лето,
А я по улицам уже хожу полураздета,
Но меня ругают, мама,
Я своей весной обзавелась просто рано…
И не верь им ни за что, мама,
Здесь не красивые вёсны –
Голую чернь разбавляют лишь сосны,
Да белый щенок,
Которого кто-то бросил,
Наверное, кто-то очень грозный, раз создал
У мусорки такую драму,
А можно, я заберу щенка домой, мама?

Я стала часто вспоминать детство,
Оно закончилось слишком рано –
Это нечестно,
Мама!
Это же детство,
Мое счастливое детство…

А помнишь, у дедушки была собачка?
Черно-белая Чебурашка… У водокачки
Любила сидеть. С черным ухом была и слезой прозрачной,
Это ж надо было умереть
Ей к тридцати годам… невзрачно.
Я знаю – это от большой любви к щенкам,
Которых дедушка топил по пятницам –
Вот почему я стала такой собачницей…

Мама, а я доживу до тридцати? Не знаешь ли?
Уж часто говорят, что у меня «вся жизнь впереди»,
А откуда узнали они?
Они маги из волшебной стали? Вряд ли…
Я все помню, мама, о каждом моем лете,
Не грусти, ты не моргнешь, а я стану уже важной леди,
А помнишь, ты всегда мечтала о кабриолете?
Я же все помню, даже о каждой странице,
Заполненной в школьной анкете…

Я стала часто вспоминать детство,
Оно закончилось слишком рано –
Это нечестно,
Мама!
Это же детство,
Мое счастливое детство…

А самые ужасные воспоминания каждого лета –
Дедушка, и сухой, растрепанный ветер…
Я ж молчала, мама, молчала все детство,
А стоит ли сейчас рассказать,
Будет ли честно?
Ведь об умерших не говорят плохо,
Хотя и я была тогда всего лишь кроха…

Не грусти, здесь я взрослая, мама, а ветер –
В Питере всего лишь дождливая примета…
А скоро наступит лето,
Твоя южная дочь опять ходит полураздета,
Но меня ругают, мама…
Просто им не понять – у меня своя весна,
Которая повзрослела так рано…

31 мар 2006г