Фломастером хочется жирно вычеркнуть годы, где нет твоих глаз...

Странно, так странно... С тобой бы водить хороводы...
Но Облачность всё. И вьюги мне не миновать...
Фломастером хочется жирно вычеркнуть годы,
Где нет твоих глаз и некого мне искать.

Вакуум в счастье... Полёты таят обречённость.
До высоты только взгляд мой способен взлететь.
В волосе чёрном, ресницах лишь вижу чёрность
И белого, вдруг, желания нет иметь.

Дивная, с тихой строкой и яркая, дерзко-прямая,
Так мне близка. Так дорог неслышимый смех...
Как осторожно к тебе всё иду я по краю,
Бездны не видя... лежат облака, осев.

Что же... ну, что же со мной? Мои бедные ноги...
Обледеневшее тело отвыкло от жара огня.
Все миновали судьбою набитые сроки
И свет загорелся... Но знаю, что не для меня.

Как-то во сне к тебе ослик шагнул с влажным носом,
Тянет глаза и уши к твоей руке...
Как-то бежала ты утром по свежим росам...
Себя я не видел... Как видно, к нему... не ко мне...

А как-то в руках твоих, странно, я видел спицы,
А я к ним клубком... с тревогой... Вдруг не дойду...
Невольно хотел с ладоней скользнуть к ресницам
И... вдруг, пустота... А далее... руку кладу

Слегка на плечо... Восторженно, но немея...
Так бы застыть в мгновенье, рассеяв грусть...
Будь хоть на день моею божественной феей,
А утром... в тумане на веки с тобою прощусь.