Тень Арагами

Это запах Арагами… Это выжили не все мы,
Просто тварные шакалы, тенью заслонили небо…
Филин ухает, и кречет клюв свой точит на наживу,
Это дыма сладкий запах, и бесстыдное бессилие…

Ночь зажала огни над замёрзшей землёй,
Свист слепой, и струна рикошета…
За широкой рекой, где лежит тихо степь
Уж давно запряталось лето.

И разносчик принёс… приполз… хлеб…
Спирта кружку, воды нет… Рядом
Скорчившись… Трупы в грязи…

На высотке… на время свист стих…
Артналёт… стена из огня, глина всё…
Как камень… земля. А в воронке
Тлеет конь да слащавый багрянец… кровь.

Зачерпнут воды ковш, и сквозь…
Сквозь шинель процедят… всё кровь…
Сверху рама… солдат сердце зажал…
Фигой небесам… - Всё одно выживу,
Прокричал… коричневым псам…

Псы войны… золото меняют на кость…
Сталинград, как сейчас… это памяти…
Горсть… А потом Арагами закрыл глаза,
И солдат оттолкнулся от образа…

И до Эльбы дошел, где плотина и По…
Но не каждый донёс этой памяти воз,
До… для тех, кто потом… кто после,
Зачем же для… для них новые войны
Готовишь ты… для… не за то они вынесли,
Это всё, чтоб их гинуло семя…
В гнилье озёр, в сухостоях скал,
В гильотинах престолов,
Где вчерашнее солнце, сегодня лишь соло…

И вертушки ревут, и роботы бьют…
Этого мира завет и приют…

Ночь зажала огни над замёрзшей землёй,
Свист слепой, и струна рикошета…
За широкой рекой, где лежит тихо степь
Уж давно запряталось лето.

Жалости сети мира не знают… скрежещет война,
Арагами скрипя зубами…
Где покой… только снится… тем,
Для кого мы… по крупицам жизнь отдавали.

И где-то ангелы молчат, да демоны стенают…
Как долго я не спал, а сны то…
Они… они бывают? Их тихо дети
Наши досмотрят за нас… Я не сплю…
От бессилья куняю… И плывут облака,
И глаза красны… не мигают… они.
Не мигают… Впереди только цель,
До неё б долететь… семимильными
Чуда шагами… Но наверно,
Хоть пристален взор - всё ж ослеп…
Только вижу оскал Арагами.

Снова белые кости его зубов,
В Сталинграда глину вмерзают…
Столько памяти, хватит на сто веков,
Где крик, - Выживем!!! – Небо кусает…

За сосцы его красных дождей,
За рожденье изгоев тварных,
Тех шакалов в личинах людей,
Коими этот мир разметаем…

Им плевать на средство лишь для…
Их животного рая достатка,
Забывая про тех, кто для…
Не жалел живота… без остатка…

А теперь нацепляя значок,
И на фоне Их, лишь на фоне…
В фотоснимке, - Спаситель и чёрт, -
Чёрствый демон, с державной личиной.

Грустно прячут глаза старики,
В эти чёрные чёрствые норы…
Нет их силы, понять причину,
Мира выстраданного ими, но чёрствого…

«На корню гниёт синий лес»,
Обязательства, как надругательства,
Правит бал сатана здесь, наплевав
На… и на обязательства…

Кукловоды смеются… и тля,
На верёвочках скачет во власти.
Мир преступный на брудершафт с…
Этой и той бесовской властью.

А старик не вернулся домой,
Всё цедит сквозь шинель мёрзлую воду,
И как не цеди – кровь… - Но на зло им,
Выживем! Все власти коричневы…
А дороги их чёрные.

Жёлторотые петухи, реанимируют нечто,
Нечто встало, и село на лица нам,
Закрывая лицо от нечета…
Не чета мы этим колодцам,
В которые не обернуться…
Я смотрю в эти гладкие лица…
А в ответ смотрят чёрные дыры.

Стариков и детей ясные взоры,
Да поводырей… чёрные дыры,
В ясном небе жду сильного сокола,
Встало солнце… и маски вскрыло…

***
Написано по воспоминаниям фронтовика, Паткевича Г.У., прошедшего вторую мировую войну, начиная от кровавой бойни Сталинграда, и заканчивая встречей с войсками союзников на Эльбе. Никто не предполагает своей судьбы. Не знал и он уходя юнцом на не званную войну, что после её окончания, она так и не закончится для него, и "чашу крови" ему придётся испить до дна, выборов наше мирное детство...