Цикл стихотворений Апсуанский блокнот

Я – влюблённый, я – безумец.
Жизнь моя страшней недуга.
Шота Руставели.
 «Витязь в тигровой шкуре»


Объяснительная записка

Один абхаз (абхазы «апсуа»
в быту свою народность называют)
мне подарил блокнот, а в нём – слова
любовь к прекрасной деве воспевают.

Но к юноше та дева безразлична.
Стихи мне передав, он умолял,
чтоб я на русский перевёл их лично
и вам его страданья передал.
15 сентября 2005 г.

***
Не море, не залив, а просто – штиль в стакане,
а просто – гладь воды в стеклянных берегах –
притягивает взгляд, как парус в океане,
как строки из письма Онегина к Татьяне
(должно быть, что-то есть в лирических стихах).

Луч солнца золотой скребётся по бумаге,
за ним спешит перо. Уставшая рука
рисует на полях деревья и овраги.
Я тихо попрошу у голубя-бродяги
мои стихи к тебе нести издалека.

Молчит весь мир вокруг. А что ему сказать?
Он так же, как и я, доволен тишиной,
в которой легче жить, но тяжелее лгать.
…Я буду в тишине нетерпеливо ждать,
когда стихи мои прошепчет голос твой.
10 сентября 2005 г.

 ***
Уходите, мысли, восвояси…
В. Маяковский. «Домой»

 Я однажды вернусь к недописанным строчкам,
как непройденный путь их опять проживу:
то пешком по степи, то в карете по кочкам,
то как будто во сне, а не то наяву.

И в скитаньях своих я доволен судьбою,
ей, наверно, ещё я не раз пригожусь.
А пока лишь несбыточной тешусь мечтою,
что однажды я к строчкам своим возвращусь.
11 сентября 2005 г.

***
О, мой друг, говори бесконечно,
твоё каждое слово, как горсть серебра.
Посмотри, милый друг, наша жизнь быстротечна,
и в ней больше грехов, чем любви и добра.

Спой, мне друг, не стыдись. Спой про нас во весь голос,
я надеюсь, что ты ещё помнишь про нас.
Но, увы, добрый друг, всё белее твой волос,
и никак не даётся знакомый романс.

Подожди до утра. Не спеши расставаться.
Есть что выпить, мой друг, и о чём рассказать.
Мне теперь, верный друг, тяжелей признаваться,
что однажды нам всем предстоит умирать.

Только нынче не срок - есть пути и дороги.
Мы сидим у костра, на опушке, в ночи.
Оба смотрим во тьму, греем мокрые ноги,
и при этом, зачем-то, нелепо молчим.
10 сентября 2005 г.

***
 До свиданья, милая… Не надо
вспоминать под вечер обо мне,
сидя на заснеженной скамье
в глубине заброшенного сада.

Я не умер. Я ещё живой.
Просто я живу теперь иначе:
лето провожу один на даче,
зимы коротаю в душевой.

…А сейчас за тридевять земель
ты по карте измеряешь вёрсты.
И тебе подмигивают звёзды,
и поёт морозная метель.
11 сентября 2005 г.

***
На берегу бескрайнего залива
стоит гора. Сурово, молчаливо
она глядит на волны свысока.
На лбу лежат седые облака.

Щетинит щёки ей зелёная трава.
Судьба горы навечно такова:
беречь людей от выходок воды,
и зря не пропадут её труды.

Но при своей полезности она
стоит, как и всегда, совсем одна.
При красоте и гордости своей
она всего лишь скопище камней.
11 сентября 2005 г.
***
Не больше стихотворного размера
Моя печаль по поводу зимы.
На лоне полу-Рима, полу-сквера
Встречаются влюблённые - не мы.

А ты и я ютимся по углам,
По разным сторонам одной Вселенной.
С бедой и нелюбовью пополам
Мы напоказ терзаемся изменой.

Однажды время доврачует нас;
На фоне полу-Рима, полу-сквера
Тебе портрет я напишу в анфас,
Чуть больше стихотворного размера.
11 сентября 2005 г.

Иосифу Бродскому

Он похоронен вдалеке от тех,
кто мог о нём чего-нибудь поведать,
кто честь имел с ним запросто обедать,
и кто тайком делил его успех.

Найдя покой в клочке чужой земли,
захваченной в тиски морской водой,
он мерно спит под Кастором (звездой).
И мимо него ходят корабли.

Он там лежит в могильной тишине,
наедине, как и мечтал, с Богами.
И Боги говорят его стихами,
довольные сказителем вполне.
11 сентября 2005 г.

***
Опять я шлю земной поклон Богам,
за то, что мне твой образ вдруг явился.
Он с прежних пор совсем не изменился,
и за него, поверь, я всё отдам.

А ты сама живёшь в других местах,
и вряд ли посетишь мою обитель.
Всего лишь плоть земли смиренный житель,
душа ж моя нашла приют в мечтах.

Твой образ больше жизни берегу:
во снах себе кажусь я капитаном,
и с мостика мне видно сквозь туманы,
как ты стоишь одна на берегу.
12 сентября 2005 г.




***

Я сижу с закрытыми глазами…
Роберто Мендес Мартинес.
«И открою глаза»

Похоже, я не нужен этим птицам,
стремящимся к чужим материкам.
В окно струится воздух из залива,
ворочая мои черновики.

И лампа тускло светит на столе,
и чай давно остыл, и мелкий дождик
собою наполняет тихий вечер.
И в лужах отражается луна.

Не лает пёс, не блеют овцы. Мрак
разлит чернильной пылью по пространствам,
в которых всё есть, кроме жёлтых птиц,
так вероломно бросивших отчизну.

Свой разум перемножив с вольнодумством,
на старой колокольне жду, когда
вы снова посетите эту землю.
«Приветствую вас, братья!» - крикну я.
 15 сентября 2005г.