её гордый плачь

Она сидела в этой щедро одарённой светом комнате и молчала. По её щекам медленно катились слёзы, в два маленьких ручейка они от огромных карих глаз, покрасневших от слёз, текли до самого подбородка и медленно скапывали на широкое декольте её кофты.
Пальцы обеих её рук легко лежали на коленях, которые немного подрагивали.
Казалось, что она никогда не моргнёт. Мокрые слипшиеся густые ресницы только слегка подрагивали, чтоб выпустить порцию очередных слезинок, которые бежали к дрожащим губам. Каменное выражение, уверенная поза, красивая посадка, осанка балерины… и плач…
Она плакала, но выглядело это так гордо, что если б не эти предательские слёзы, то никто бы и не догадался, что ей плохо.
Она сидела с широко открытыми глазами и не видела перед собой ничего сквозь пелену жалких слёз, казалось, что она просто атрофирована. Молча, содрогался её рот, но ни всхлипа, ни вздоха с него не вырвалось.
Она плакала тихо… Не отводила тёмных глаз с одной точки, а слёзы всё капали, стекая по щекам и оставляя полоски и разводы чёрной туши.
Внутри у неё рвутся черти, орут, а она сидит непоколебимо, не шевелясь. Какая сила воли! Всего лишь солёные капельки по щекам, а в душе – накал эмоций, страстей, чувств… И само сердце, раздробленное на мелкие кусочки-головоломки. Такое сильное сердце, которое ещё бьётся и одновременно такое слабое, которое никогда не сможет биться в унисон с ещё чьим-то.
Так каменно, так стойко плакала и молчала, но почему? Почему она нема? Ведь внутри у неё всё на грани срыва: кипит, болит, бушует, накаляется, обрывается, снова рождается и вновь мучает, бурлит, издевается, не исчезая…
Её глаза сверкали, самим видом она напоминала маяк, который никакие волны, бури, штормы не могли сломать и разрушить, сколько бы сотни миллионов раз не пытались; он мог гаснуть, но всегда стоял непоколебимо на одном и том же возвышении. Она – маяк – вечный свет изнутри. Источник надежды, некой тайны, светлой силы.
Только она сама знала, что у неё внутри. Она была загадкой, такой грустной, мокрой, но сложной, сильной загадкой.