Остался шелк судьбы в моей горсти...
Лиловый свет заправским мартом пах.
Весна плескалась и была на взводе.
Уже сирень стояла на часах.
Явился мир огромным и пустынным.
В нем каждый шорох плавал у виска.
Я буду жить тобою, не остыну,
на все, казалось, смутные века.
Та жизнь прошла. Тот голос растворился.
Остался шелк судьбы в моей горсти.
Тот темный снег светлейшим притворился.
Прости меня. И я прощу. Прости!
2 декабря 2005 г.
Свидетельство о публикации №105120401014