На орбите Есенина. Наденька

Отшумело тревожное лето,
Девятнадцатый год над Москвой...
Надя Вольпин в Союзе поэтов,
В молодежной его мастерской...

А Есенин уже знаменитый
И капризный:
 -- Читать не хочу...
-- Почитайте, прошу! – чуть с обидой...
Взгляды встретились – и по лучу

Точно искра тотчас пробежала...
-- Ради вас почитаю, -- сказал...
И она с упоеньем внимала...
Он смотрел на нее -- и читал...

Новый шаг – и они неразлучны...
И поэзия с ними и страсть...
Ах, как строки его сладкозвучны,
Как сильна их над девушкой власть...

Он и ей с упоеньем внимает,
И свои ей читает взахлеб...
Он целует ее, обнимает...
-- Нет, не надо, пожалуйста... Стоп!

Их вечерние тайные встречи
Превращаются в схватку «за честь»...
Воздержание парня калечит,
Парень жаждет ту книжку прочесть...

Эта книжка свежа и наивна,
И не читана прежде никем,
И стесняется так перед ним, но,
Все настойчивей он между тем...

Как юна была Наденька Вольпин,
Как была той порой хороша!
А ему – что женат, что помолвлен –
Все едино, коль просит душа...

А душа перемены просила.
Он от Зины уже уставал...
И мужская – мужицкая сила
Поразила ее наповал...

Да, она неохотно сдавалась,
Но ведь сильно любила его...
Отдавалась ему, отдавалась...
-- Так, выходит, была ты... того...

Значит, девушкой? Чур – отвечаем –
Каждый сам за себя – без обид...
Обижаем порой, обижаем
Нежно любящих – плачут навзрыд...

Но Надежда горда – и в ответе
И презрение явно звучит:
Никому не позволит на свете
Отвечать за нее – без обид...

Он порою касался женитьбы --
В разговоре – шутя, со смешком,
Дескать сильно могли посмешить бы:
Муж с женою – поэты... Потом

С Айседорой умчался в Европу,
Но вернулся же все-таки к ней,
Погружаясь в пучину-хворобу:
Все пьянее поэт, все пьяней...

Все привыкли: Надежда доставит
Захмелевшего быстро домой,
Не осудит его, не оставит...
Вдруг она поняла:
 -- Боже мой! –

Что беременна... Радость и горечь...
-- Не хотелось бы больше детей...
Их и так уже трое... Я – сволочь?
Ну, как хочешь... А я из сетей

Ускользаю...
 Подумав, Надежда
Покидает Москву... Петроград...
Здесь родился сынок ее... Нечто
От отца в нем: внимательный взгляд

Будто он отрешался от мира –
И заглядывал за горизонт...
-- У друзей поудобней квартира,
Здесь же тесно и нужен ремонт...

-- Я в твоем не нуждаюсь совете,
Ты отныне свободен от нас...
Мы решили тогда, что в ответе
Я сама за себя... Скройся с глаз!...

Возвратились в столицу в тридцатых...
Алек – так называла сынка –
В школе значился средь головастых...
На мехмат МГУ без сучка

Без задоринки принят... Учился...
Здесь талантами всех восхищал...
Аспирант... На «ура» защитился...
Между прочим, он тоже писал,

Как отец, и Георгий, и мама...
Но и Алека мерзкая пасть
Злобной власти хватала упрямо –
Невзлюбила Есениных власть.

А всего-то хотел, чтоб в Союзе
Соблюдали советский закон...
-- Ишь чего захотел-то! -- Иллюзий
Справедливости полон был он,

Словно Сахаров... Брошен в психушку,
После выдворен был из страны...
За умнейшую эту «макушку»
По сей день «мериканы» должны

Кагэбэшникам петь дифирамбы –
Помогали «утечке мозгов»,
Словно не пригодилися нам бы...
Вот... И где ж тогда сонмы врагов?

А Недежда Давыдовна Вольпин --
(Переводчик, каких поискать!
Почитаешь – и будешь доволен) –
Пожелала сама рассказать

О Сергее... «Свидание с другом» --
Главным образом, книга о нем,
О поэте с российским недугом,
Чьи стихи со слезами поем...