07-30-42
Я вышел из дома, пронзительно-четкий.
Пустынная улица.
Суховей.
Окна смотрели взглядом селёдки.
Ветер хватал за плечо,
тайком заставлял обернуться.
Но я
в эту пляску
не был вовлечён.
Я прям и направлен.
На улице пусто.
Язык асфальта, иссушенный золотом
недостижимого яблока Солнца,
молился небу, но небо распорото,
и дождь настоящий
уже
не прольётся.
А инквизитор кричал всё громче и громче
злым раскалённым железом бордюра.
Ему не терпелось с казнимым покончить,
он комкал и рвал все увертюры.
И вот,
безликие и обезличенные,
злые, безжалостные палачи
встали во всем своём зверском величии,
принялись тысячи лезвий точить.
Я шел мимо казни,
ни взгляда
не бросив,
не видя, как труп
превращается в камень.
И
лишь на усмешку асфальта
упали золотые колосья,
а окна,
плача, прикрывались платками.
Свидетельство о публикации №105091900926