Разговор с Хайямом

Хайям, как сотни лет назад, как встарь
Ты был и есть среди поэтов Царь.
Я в поисках сокровищ мыслей мудрых
Твой открываю запылённый ларь.

Ах, эта чудо-форма, рубайи!
Атлас, парча, а ты портной - крои
И шей принцессам платья, чьи фигуры
Глаза пленили старые твои.

Как будто вишня - первая строка.
И к ней уже протянута рука,
Но вдруг от ветра отклонилась ветка
И вишня эта стала далека.

Но самою последнею строкой
Хватаешь ветку жадною рукой -
И вот во рту уж пойманная вишня
И вкус сочится сладкою рекой.

Хайям, ты, как и я вино любил,
Ты, как гончар, стихи свои лепил
И каждый твой кувшин вина был полон.
О, если б мог, с тобою всё б я пил!

Ты говорил - кувшин вина и хлеб,
И губы милой - ты от счастья слеп!
Читаешь ей стихи среди развалин
И кажется дворцом соседний склеп.

Я, как и ты, влюбился в этот мир,
Не знал - он кровожадней, чем вампир,
А мы в нём, как бегущие мишени,
И очередь толпится в этот тир.

Мы, люди, так наивны, так смешны -
Всё счастья ждём, как дерево весны.
Но вдруг топор прошёлся по деревьям.
Чем человек счастливее сосны?

В тот самый час, когда мы рождены,
Минуты наши кем-то сочтены
И, если ты рождён зимою снежной,
Не факт, что доживёшь ты до весны.

Вот я на днях звоню - она кричит.
"Скажи мне, что случилось?". Всё кричит:
"Племянник мой разбился на машине!
За что погиб мальчишка?" ,- мне кричит.

Что ей сказать? Кто в этом виноват?
Шумит, бурлит несчастий водопад.
На мир посмотришь трезвыми глазами
И кажется порою - вот он, ад.

Ты говорил, смотря ему в лицо:
"Ты небо, обожаешь подлецов!"
Прошли века, не изменилось небо -
Лишь больше стало этих молодцов.

Но средь всех зол, что мне не перечесть ,
Встречаются ведь и Добро и Честь
И я скажу, взгляд устремляя в небо;
"Благодарю за то, что это есть!"