Взвыла зверем на небе луна

Взвыла зверем нА небе луна.
Излилась безвольною слезой.
Что осталось? Боль и тишина.
И холодный сумрачный покой.

Память рваную давить в себе нет силы…
Горько? Нет. Пустынно за душой.
Боже! Праведный! Помилуй! Упаси нас!
Отведи кошмарище рукой…

Гладко выбритые стены скалят зубы
Растерзать мою глухую тишь,
Тьма густая черной меткой губит
Младшую, из двух бесславных душ.

По карнизу ползает луна,
Лижет холодом кровавые ладони.
Кто ты? Друг ли?? Враг ли??? Пустота…
И лохмотья выстраданной боли.

Тусклый. Мертвый? Нездоровый? взгляд,
В сотый раз изрежет сумрак слезный,
Мысли бьются вырваться назад,
Но сомкнулось время. Поздно… Поздно!!!

И давясь настоем пустоты
Память в желтых изуродованных лицах
Густо выстланные падалью мечты
Запирает в вечные гробницы.

Грудь закованная, в временных тисках
Задыхалась злой гремучей болью,
И истерзанные, в трещинах, уста
В небосвод отхаркивались кровью.

Плачь! Безвольное! Истоптанное «я»,
Лапой зверской кинутое в ноги.
В мрак вгрызается немая пустота…
В небо: «Смилуйтесь, молю вас, Боги! Боги!»

Бьется судорожно ночь на простынях,
Тишиной замаяна врожденной.
Рвут ветра, терзают сердца прах
И бросают наземь оскверненным.

Дотлевает исковерканное чувство.
Не мое теперь…и, кажется, не жаль…
Юность рьяную, лихого сердца буйство
Покрывает черная вуаль.