Журфак-4-9. Иван Калиниченко

Поэма 8. Иван Калиниченко


Калейдоскоп бегущих дней –
Студенческая интенсивка...
Домой ! В Любимовку – к моей
Отцовской хате....Тянет сильно...

В Москве, вдали от милых мест
Сражался я с моим незнаньем...
Начальный, стартовый семестр,
Что был нелегким испытаньем,

Осилен мной, преодолен –
И вот: я возвращаюсь в детство,
К истокам... Вот опять Херсон...
Каховка... Нравственным наследством --


Теперь – в Любимовку, домой...
Что из одежды поновее?...
Да вот башмак дырявый мой
Нежданно грусть-тоску навеячл...

-- Иван, а ты возьми мои...
Вдруг  Мухаммед с нежданным словом...
-- Бери, не сомневайся... И
Не огорчайся, что к обновам

Пока стипендиальный фонд
Студента не располагает...
Носи – не то – такой афронт:
Башмак твой явно пропускает

Внутрь снег, науружу палец...
                -- Да...
Что ж, дорогой араб, спасибо!
И возвратясь домой, сюда,
Вновь благодарно вспомнил, ибо

На школьный вечер приглашен --
В рванье пойти бы не собрался...
--- Иван Калиниченко, он –
Студент московский...
                Оказался

На вечере героем дня....
Пришлось и выступить со спичем...
Понятно, ждали от меня,
Что я ту школку возвеличу...

Надеюсь, я не подкачал,
Благодарил ее с подъемом
И вдохновенно восклицал:
Была, вторым нам, дескать, домом!

И сельские выпускники,
Как мой пример являет, в силе,
Как встарь ходили в бурсаки,
Пойти в столичный вуз – в России

И в Украине... На «ура»
Мой спич директор школы принял...
Здесь скучноваты вечера...
Узорчатый морозный иней

Мне закрывает горизонт...
Душа стенает и томится...
В Каховку съезжу... Там бомонд
Меня забыл и сторонится...

И нет кого-то для души...
Кого же? Абушкевич Света...
Ах, до чего же хороши
Ее глаза! В Каховке эта

Красавица свела с ума
Мужскую половину града...
При том. что холодна сама...
И моего, конечно, взгляда

Она не миновала, нет,
Когда из армии явился –
И влип, как все в Каховке... Бред:
Сильнее – мне ночами снился

Ее летящий силуэт...
Потом она с отцом в Массандру
Уехала... И мне в  ответ
На письма лишь отец (досадно!)

В Москву отписки посылал...
Учтивые, хорошим слогом
Он, бывший журналист, писал...
Так, что – в Массандру схездить? С Богом!

Эх, зря! Я тихо загрустил...
С той грустью мне куда? В столицу...
Журфак меня слегка взбодрил,
Опять заставив погрузиться

В конспекты Лекции читал
Профессор Западов... Период
Неблагодарный...  Век рождал,
Взрослеющей давая выход

Литературе первый шанс...
Херасков, Майков, Сумароков...
Еще не выдержан баланс
Сюжета-стиля... Ахов, охов –

И восклицаний перегруз...
Читать сегодня трудновато,
Но надо – и упорно бьюсь
Над этим чтивом... Странновато

Звучит сейчас «высокий штиль»...
А он им. Видно, упивался...
Нас, туповатых простофиль
Тащил с собой – и не сдавался

В попытках нас образовать...
А был он. Кстати, подполковник,
Да не штабной... Повоевать
Ему в условиях окопных

Пришлось изрядно... На кону --
Две красных «Звездочки», медали...
«Отечественную Войну»
Ему в сорок четвертом дали –

Награды в праздник надевал...
Но командирскую ухватку
За кафедрой не потерял...
Когда случалось для порядку

На охламонов рыкнуть, вдруг
Преображался в командира:
-- Кругом! И шагом марш!...
                Испуг
Брал опоздавших... Хоть мундира

На нем и не было, они
Из зала пробкой вылетали –
Опаздывать не смей – ни-ни!
В библиотечном прочитали

Мы каталоге: у него –
Отец поэтов – Ломоносов,
Державин, Новиков ... Ого –
С десяток вышло книг... Вопросов

Не остается... Прочитать
Хотя бы их – урок немалый,
А все те книги написать?...
Да... Головой моей усталой

Вползаю в толстые тома...
В читальню, вижу, входит Света...
Сибирская сведет с ума
Хохлушка... Жалко, что поэта

Не получилось из меня...
Придется попросить Семена:
Пусть в тайне от нее храня,
Стишок состряпает... Влюбленно,

Мол, смотрит, Света Назарюк,
Вослед тебе хороший парень...
А может – вправду?
                -- Слушай, друг?
-- Чего, Иван!
                -- Да так...  Тамаре,

Семен, наверное, своей
Все время сочиняешь вирши?
-- Да нет, я в кризисе... Скорей
Уж ты напишешь Свете... Вышли

Туда, откуда и зашли...
Неужто сдохну, не отведав
Студенческой любви? 
                ...Внемли:
О чем сейчас трактует Шведов?...

Аъ, о Ронсаре! О его
Придворной жизни при Франциске,
Как стал поэтом, для чего
«Плеяда»... Стильные изыски,

Уроки, что поэт извлек
У древне-греческих аэдов,
Как шлифовал строфу и слог...
Как двести лет  среди поэтов

Не значился – и вдруг воскрес --
Его поздней догнало время,
И, как слетевшие с небес,
Его стихи стучатся в темя –

И их оттуда не извлечь...
И Шведов тоже был солдатом...
Когда о нем заходит речь...
Его в окопе, с автоматом

Представить нелегко, а был...
Он знал, конечно, очень много,
Как мне бы знать хоть часть... Любил
Превыше всех Шекспира... Строго

И вдохновенно трактовал...
Читнет порой и на английском...
Тончайший смысл передавал,
Стараясь, чтоб и нам стал близким

Великий стамфордец Шекспир...
Вольтер, Бокаччо и Сервантес,
Рабле нам открыввали мир...
Великие, со мной останьтесь

С его подачи навсегда...
Горохов с нас, как прежде, стружку
Снимая, не жалел труда –
И в ту же бедную макушку

К нам туго входит ремесло...
Ему не выскочить обратно...
Немного, в общем, дней прошло,
Но чувствую уже отрадно:

Се проясняется в мозгах...
Понятней, чио к чему в газете...
И я уже себя в мечтак
В известном песенном сюжете

Про «трое суток...» вижу вновь...
Ведь я в редакционной кухне
Уже варился – и любовь
К профессии во мне, уж пусть мне

О самом мрачном в ней твердят,
Уже вовеки не остынет....
Горохов:
               -- Секретариат –
Святое место...  Как нахлынет

С утра редакцтонный люд!
Здесь суета, столпотворенье...
Накурено... Шумят, бегут...
Рисуют, пишут... Вдохновенье

И озабоченность в глазах
В процессе собиранья, верстки
Полос... Их видишь ша стенах...
Подходят просмотреть полоски

Все авторы... А вдруг найдут
Ошибку каверзную в тексте?
Газету собирают тут,
Вот в этом сокровенном месте...

На этой лекции сидел
Из деканата наблюдатель...
Какой-то компромат хотел,
Похоже, накопать... «Копатель»

Картинку «Секретариат»
Запечатлел с энтузиазмом...
Нашел, похоже «компромат»...
Кося настороженным глазом

В блокноте быстренько писал...
Я лектору на перерыве
О соглядатае сказал...
Он отмахнулся...
                -- Пусть и вкриве

Перетолкуют мой этюд,
Но я его писал с натуры:
Так сам работал....
                Дни идут...
От Серых «шариков» до шкуры --

Все глубже проникаю в суть
Профессии, рука крепчает,
Яснее репортерский путь...
Одна беда: опять скучает

Без содержанья кошелек:
Деньжонок нет, хоть делай обыск...
И тут нас в первый раз повлек
Зуд репортерский в город Обнинск

На практику... Истомин нас
В квартире местного собкора
Устроил на постой... Сей ас,
Студент наш бывший – (вот же школа!) –

Охотно нас к себе берет...
И в перывом нашем Атомграде,
В газете городской «Вперед»
Отнюдь не гонорара ради

Мы начали  газетный труд
С журфаковскм энтузиазмом...
Весна... Меня с заданьем шлют
В совхоз, где я был ухом, глазом

Газеты... Выдал репортаж –
И тема и сюжет привычны...
Еще три дня... Веду зондаж...
Найдется ль факт, что стал бы личным

Открытьем? Есть! Нашел, напал:
В том городе жила старушка
Которую Ильич держал –
(Тот, первый) – на руках... Макушка

Вспотела – и помчался к ней...
Со мной Андрошин напросился...
-- Сашуля! Не гони коней!...
-- Так жалко, что ли?
                Согласился

Взять за компанию его...
Напомню: год-то юбилейный –
И всяк старался... Кто—кого...
И вот вдвоем явились к ней мы...

Знакомый на стене портрет:
Ильич, две девочки... Хозяйка:
Смеется:
              -- Столько быстрых лет
Прошло... И кто здесь кто – узнай-ка!...

А, кстати, бабушка жила
На улице вождя, конечно....
Все подтвердила...
                -- Да, была
В руках у Ленина... Поспешно

Достала самосшитый том,
В котором сей сюжет описан
Раз двести... Скучно...
                -- Эй, пойдем!...
-- Нет, погоди, Иван...
                И выдан

Потом затасканный сюжет
Андрошиным... Не с ним ли в «Правду»
Прорвался однокурсник? В цвет,
На злобу, то есть, дня, украв ту

Идею, выхватив из рук...
Да ладно... Я махнул рукою –
Пиши свои «нетленки», друг...
Бытьможет, сам когда строкою

Еще поделишься со мной...
Когда в собкоровской квартире
Валились на пол спать, в пустой
Ночлежке той еще рядили

Подолгу о житье-бытье...
Потом внезапно Бородулин
Шел ак телфону...
                -- Есть тут те...
(Словцо на «б»).. Уж мы б им вдули...

И наугад звонил, звонил...
Случалось, после удалялся...
Андрошин Сашка не пошлил...
А я – так даже не пытался

Второму Сашке подрважать...
Пусть куролесит, если надо...
А мне – о Свете помечтать,
Чудесной девушке – отрада...

Я был стеснителен, увы,
А девушка  уж так красива...
Влюбленный посреди Москвы
И нерешительный... Месила

Столица весело из нас,
Наивно-романтичных тесто...
Эх, подхватил бы хоть Пегас,
Чтоб хоть стишки итогом вместо

Романа, если не судьба...
А в целом был семестр полегче,
Чем первый... Справимся.. Хиба
Не правда? Сдюжим, человече...